• Евгений Беркович. Сага о Прингсхаймах. Часть первая 

Конечно, судьба профессора Прингсхайма – талантливого математика, знатока искусств, одного из богатейших людей Мюнхена, владельца лучшей в мире коллекции старинной майолики – уникальна. Но она одновременно и типична для тысяч немецких евреев, поднявших науку и культуру своей страны до высот мирового уровня и оказавшихся впоследствии под колесами безжалостной гитлеровской диктатуры. Исследователи не устают поражаться: как же коротка дистанция от цивилизации до варварства, и как легко души целого поколения могут пойти за дудочкой диктатора-крысолова.  

• Гита Глускина. Из истории средневековой еврейской научной терминологии 

Наука как таковая возникла у евреев в результате взаимодействия еврейской и арабской культур, вначале на Востоке, а затем на Западе. Творцом еврейской науки и религиозной философии считается Саадия Гаон (882-942), который своими трудами в большой мере способствовал проникновению арабской культуры в еврейскую. Но наибольшего расцвета еврейская культура достигла на Западе, в мусульманской Испании в X-XII вв., где она пришла в тесное соприкосновение с арабской наукой, философией и художественным творчеством.

• Семен Резник. Кровавая карусель

Эта пьеса о неудавшейся любви. Неудавшейся из-за того, что живые сердца двух влюбленных разрублены «проклятыми вопросами века». В пьесе представлены в лицах зачинающийся нацизм (Крушеван), близкая к нему, но еще не слившаяся с ним государственная власть (Плеве), зачинающийся коммунизм (Фрида), еврейский страх и пассивность (Кенигшац, Мойша), начальные попытки еврейского сопротивления (Пинхус Дашевский), борьба за демократию и права человека (Короленко). Действие происходит в Петербурге, Кишиневе, Ковеле и Киеве в 1903 году.

• Артур Штильман. В том незабываемом апреле… 50 лет назад – триумф Вана Клиберна в Москве

Хрущёв был гораздо более умным и искусным политиком, чем это казалось всем, наблюдавшим его со стороны. Он прекрасно себе представил пропагандистскую выгоду такого решения. И действительно, на Западе это сыграло очень большую роль в создании иного, «человеческого имиджа» советского лидера. Хрущёв стал появляться на фотографиях вместе с Клиберном, что способствовало его популярности не только на Западе, но и у себя дома. С этого времени Ван Клиберн стал неким музыкальным «свадебным генералом» – участником всех встреч советских руководителей с американскими или даже более многосторонних.

• Борис Кушнер. Ветер пел с листа… Памяти Александра Саца (31 января 1941 г. – 18 января 2007 г.)

Вообще же артисты, гастролировавшие в советской глубинке, должны были заранее настраиваться на дух приключений. Один из Сашиных коллег вспоминал, например, о своём выступлении перед работниками районного универмага. Концерт начинался в семь утра с тем, чтобы закончиться к открытию магазина. Войдя в торговый зал, пианист поздоровался и спросил, где инструмент. «Да вон их сколько, любой выбирайте» – показали ему в угол зала, где коричневели ряды жутких мебельных пианино. Так закалялась исполнительская сталь.

• Борис Тененбаум. Черчилль, 1940-1941

Теперь, в отсутствии оппозиции, премьер-министр становился также лидером парламента – и не просто как лидер партии парламентского большинства, а как лидер ВСЕГО парламента Объединенного Королевства. По меркам Англии, это было совершенно необычайное – даже, пожалуй, беспрецедентное – сосредоточение власти в одних руках. Черчилль этим не ограничился. 

• Григорий Канович. Соломон энд партнерс

В отличие от мамы отец был домоседом, не любил поездок, уклонялся от всяких собраний и сходок, даже на демонстрации, ставшие почти всеобщей повинностью, ухитрялся не ходить перед Первомаем и Великим Октябрём отправлялся в поликлинику с притворными жалобами на боли за грудиной и получал у доктора Пекарского, которого он обшивал, больничный лист. От толпы, выкрикивающей «Ура!» и «Да здравствует!», у него всегда подскакивало кровяное давление.