©"Заметки по еврейской истории"
январь 2010 года

Марк Азов

Она и Он

«Размеры Вселенной были в десять раз меньше нынешних,

 и вещество прозябало в полной темноте – первые галактики

только-только разгорались. Именно они положили конец

продолжавшейся полмиллиарда лет тьме. И стали

началом знакомого нам мира, пронизанного светом

со всех концов небесной сферы»

(Ученые говорят)

 ОНА. Неправда, что у него нет лица. Просто его никто не видел. Я никогда не забуду эти фиалковые глаза, которые смотрели на меня, а жили отдельно. Его пальцы лепили меня из кости. При каждом прикосновении кость становилась податливой и пластичной, наполнялась прозрачностью, пронизанной сетью пугливых прожилок. Пальцы уже ваяли мою шею, а глаза смотрели мимо уха, которое стало невыносимо горячим от его дыхания. Неужели он не чувствует, что происходит со мной, когда под его пальцами набрякли груди и пробудились соски. Они побежали дальше… Погоди! Дай мне опять улететь в сладкую пропасть!.. Неужели ты не видишь, что творишь?

ОН. Я думал, прекраснее Первого уже не получится. Но эта Вторая превзошла мои ожидания. Стоит прикоснуться, и она расцветает под руками. Нет, не расцветает, а обжигает… Ну, зачем ты так дышишь, милая? Если твое дыхание еще раз прервется, я захочу умереть с тобою вместе.

ОНА. Ты бог.

ОН. Как ты сказала?

ОНА. Ты мой бог!

ОН. А ты думала, хирург?.. Ну не падай, пожалуйста.

ОНА. Ноги не держат.

ОН. Такие крепкие ноги? Точеные ляжки. Железные икры. Арка стопы – сон архитектора будущих времен.

ОНА. Обними меня. Я хочу жить у тебя под мышкой.

ОН. Что я делаю? Я обнимаю ее, а необъятная Вселенная так и осталась не объятой. Да и черт с ней! Мы вдвоем падаем в бездну среди черных звезд, и нам нет до них дела.

ОНА. Вот так, крепче, еще крепче, раздави меня.

ОН. Я так и сделаю, я раздавлю тебя!

ОНА. А-а-а!.. Ты раздавил меня, и вот, я, наконец, живая. Где мы?..

ОН. В раю.

ОНА. А почему темно?

ОН. Разве ты меня не видишь?

ОНА. Только тебя. Твои фиалковые глаза.

ОН. А я твои яростные зрачки, расширенные до взрыва сверхновой. Но мне нельзя было это видеть так.

ОНА. Почему? Ну почему?

ОН. Сказать ей? Нет, невозможно. Она этого не вынесет, и я ее потеряю.

ОНА. Унеси меня, потихоньку, не зажигая света. Я чувствую – тут кто-то есть.

ОН. Как она может это чувствовать?

ОНА. Я не чувствую, я терзаюсь! Ты был здесь до меня неизмеримо долго... За тобой тянется целая жизнь, а я только что вырисовалась из ничего. Не я первая.

ОН. Ты единственная! Я способен сотворить женщину совершеннее тебя: с жемчужной головкой на возвышенной шее, с мраморными храмами грудей, с идеально выпуклым щитом живота и свободным разлетом бедер, с ногами, бесконечно ниспадающими с высот, и кожей подобной бледно-розовому рассвету, либо цвету луны, а можно – черного дерева… Но я не стану этого делать, чтоб не потерять тебя, потому что ты и раба моя и царица!

ОНА. Да я, наверно, не лучше других, но я родилась при свете твоих фиалковых глаз, заснула у тебя под мышкой и боюсь просыпаться. А вдруг все размоется, станет серым, как жизнь.

ОН. Откуда ты знаешь про жизнь?

ОНА. Я знаю все, что ты думаешь. Ведь ты во мне. Унеси меня отсюда. Мы должны остаться одни, иначе все кончится.

ОН. Какая ты легкая!

ОНА. Это я взлетаю.

ОН. А что щекочет мне грудь?

ОНА. Мои ресницы.

ОН. Люди! Если на кого-то из вас обрушится такая любовь, берите на руки и несите куда глаза глядят, пока не упадете вместе. Второго раза не будет!..

(и вдруг).

ОНА. Что это?! Я не хочу этого видеть! Оно ужасно!

ОН. Ну что ты, милая? Это всего лишь свет. Вселенная должна была зажечься когда-то. Видишь, сколько звезд? Выпали звездные ливни.

ОНА. Но почему сейчас? Я не хочу сейчас!

ОН. Но ты сама виновата. Вернее, мы оба. Какая тьма может выдержать такую любовь?!

ОНА. Ну почему я не любила его чуть меньше?! Мы бы не высекли огонь из тьмы. И наш сладкий обман продолжался. А так… Открылось, что мы не одни. Рядом лежал человек, то ли еще не до конца сотворенный, то ли убитый. В боку была рана, стянутая и зашитая.

Кто это?

ОН. Твой муж. Он пока под наркозом.

ОНА. Муж?.. А разве не ты мой муж?

ОН. Я твой бог. Ты же сама сказала. Я сделал тебя из его ребра, ты плоть от плоти его, и кость от его кости. И сказал, что оставит он отца и мать своих и прилепится к жене своей, и станете вы вновь единой плотью… И в муках ты будешь рожать детей ему, и будет к нему влечение твое, и будет он властвовать над тобою.

ОНА. Не хочу!

ОН. Я тоже уже не хочу. Все во мне кричит «не хочу!» И звезды сбиваются со своих путей от этого моего крика… Но я все-таки Творец, а не подлец.. Я искренне хотел добра своему творению Я сказал: «Нехорошо человеку быть одному», – и он согласился на операцию, и я навел на него глубокий сон, и взял из его тела тебя… А, выходит, пока он спал, я его обманул, и из окровавленной кости его сотворил женщину, для себя.

ОНА. Я люблю только тебя.

ОН. А я люблю не только тебя, но и свою работу. Этого ты не поймешь, потому что ты женщина. Но вообрази, жизнь моя, что у тебя уже есть дети. Разве ты предашь своих детей ради самой сладкой, отчаянной, безумной любви? Ты их оставишь не рожденными?

ОНА. Не знаю.

ОН. Но я-то знаю. Я сам сделал так, что детей твоих и детей от детей твоих, и внуков от внуков ваших станет, как звезд в пространстве, созвездиями станут города, а страны галактиками. На то, чтобы только толкнуть, запустить этот механизм, мне понадобилось вечность.

ОНА. И она легла между нами, твоя проклятая вечность.

ОН. Но тебя не было, я был один, и, согласись, я не мог оставаться один навечно. Это невыносимо.

ОНА. Бедный, мой бедный бог!.. Ты уже не один, я рядом. Вот она я, смотри же, открой свои фиалковые глаза!

ОН. Какие глаза? Ты их выдумала. У меня нет облика.

ОНА. Ладно. Не надо. Лишь бы ты любил меня.

ОН. Ну зачем ты так?.. А разве я тебя не люблю? Я даже плачу, я тоже плачу, впервые за всю мою вечность, отдавая тебя чужому человеку. Но я уже не могу, не имею права, остановить жизнь, обещанную твоим детям. Лишить их единственной радости – жить. Я сам нашел тебе мужа, сам назначил тебя матерью. Как от меня разбегаются звездные миры в радужном шаре вселенной, так от тебя будет разливаться по планете род человеческий.

ОНА. Когда твой радужный шар раздуется до невозможности и лопнет вместе с моим родом человеческим, ты пожалеешь.

ОН. Уже пожалел.


К началу страницы К оглавлению номера

Всего понравилось:0
Всего посещений: 980




Convert this page - http://berkovich-zametki.com/2010/Zametki/Nomer1/Azov1.php - to PDF file

Комментарии:

Вадим
Дрезден, Германия - at 2010-10-09 16:47:58 EDT
Вот она и подложила мужу (не любимому) свинью, тобишь яблочко,
любви видать не было меж ними. Хотя детей рожали, но это тож дело такое, видать Творец велел. Вот и стемятся наши женьщины к чему то возвышенному (узнать бы куда моя стремится)...

Яков
Реховот, Израиль - at 2010-01-30 10:44:40 EDT
Марк, спасибо огромное! Это просто прекрасно. Нет слов.
Самуил
- at 2010-01-16 18:04:01 EDT
Согласен с предыдущим отзывом. Гениально!
Анна Шепс
- at 2010-01-15 12:37:27 EDT
Давно не получала такого шока от художественного произведения. Как автор угадал, почувствовал, выразил суть любовных отношений мужчины и женщины? И как он осмелился жестко признаться в том, что женщина для мужчины - не главное? На нескольких страничках текста - суть всех романов мира! Гениально.