©"Заметки по еврейской истории"
январь  2012 года

Марк Фукс

 

Чек Пост,

или Воспоминания о совсем недавнем прошлом

 

Война окончилась на Пурим,

но еще несколько дней после объявления о поражении Саддама олимы, привыкшие на своей доисторической родине относиться к сообщениям властей с осторожностью, продолжали ходить в Ульпан с противогазами.

Уже прошло около месяца учебы, и мора принесла класс газеты с объявлениями о приеме на работу.

Мы стали старательно читать текст, усваивая принятые сокращения, вникая в суть и смысл написанного.

Стало очевидным, что жизнь выталкивает нас на рынок труда.

Предлогов и причин продолжать «беззаботно» учить иврит, не посматривая по сторонам, не оставалось.

Больше всех были озабочены врачи, посещавшие помимо нашего, обычного Ульпана еще и углубленный курс по врачебной терминологии.

Министром здравоохранения был Эхуд Ольмерт и отличался он тем, что мастерски ставил врачам выходцам из России всевозможные препоны, в том числе, в виде бесконечной череды тестов и экзаменов.

К чести наших врачей, подавляющее, абсолютное большинство их, успешно преодолело все настоящие и мнимые козни, завоевало свое место в израильской медицине и сегодня невозможно представить себе ее без русского акцента.

Нами, простыми смертными, не обремененными клятвой Гиппократа, Ольмерт, занимался косвенно, а напрямую мы должны были быть объектом забот тогдашнего министра абсорбции Рава Переца.

Кроме прекрасно изданных брошюр к праздникам, особой заботы Министра мы не ощутили, хотя по правде, уже по прошествии времени, а прошло уже двадцать лет, как мы ступили на свою землю, следует признать, что сделано было для нас совсем немало и вполне успешно, правда и нам пришлось изрядно потрудиться.

Вряд ли многие державы, знакомые нам по нашей теперешней жизни, смогли бы принять, накормить и дать кров той лавине беженцев, которую принял Израиль в начале девяностых.

Покидая Ташкент, мы знали, что будем жить в Хайфе или ее окрестностях.

Сыновья должны были получить образование, и целью был выбран Хайфский Технион.

Впоследствии так и произошло, и ребята продолжают уже теперь, через годы после получения дипломов играть в баскетбол на его площадках, а конверты с фирменным штемпелем Техниона не редкость в нашем почтовом ящике.

Это, между прочим.

Привыкший тщательно и основательно готовиться к любому мероприятию, я приступил к составлению собственного технического иврит-русского словарика с рисунками всевозможного инструмента, оборудования и т.п.

К исходу недели из Кирьят Арбы приезжал старший сын. Он учился в тамошнем студенческом ульпане, и считался в семье самым продвинутым в иврите.

Сын просмотрел мои труды и внес уточнения.

Вооруженный своим словариком, и несколькими элементарными фразами на заданную тему в ближайшую пятницу, день свободный от учебы в Ульпане, я вышел на израильский рынок труда.

Я представлял собой, по всей видимости интересное зрелище: в кожаной турецкой куртке, на уже вполне весеннем солнышке, с болтающимся на боку противогазом и тетрадкой-словариком в руке, десятком ивритских слов в зубах, настороженностью пополам с любопытством в глазах.

Мне предстояло в поисках работы прочесать внушительную промышленную зону.

Желающие сделать серьезное географическое открытие могут достичь цели, посетив Север Израиля.

На берегу залива, к северу от Хайфы расположен не указанный ни на одной карте крупный, по израильским понятиям, город с населением около двухсот пятидесяти тысяч, с развитой инфраструктурой, парками, торговыми комплексами, пляжами, театрами, школами, колледжами, поликлиниками и предприятиями, способными быть предметом гордости некоторых стран средней, и не очень, величины.

 

 Вид на Крайот с горы Кармель

 До алии, двадцать лет тому, в третьей декаде января 1991, даже внимательно рассматривая и изучая карту Израиля, я не обнаруживал этот город и даже не догадывался о его существовании.

Торгово-развлекательный комплекс «Лев а-Мифрац» на Чек Посте

             Городок, поселок – на иврите «кирия». Во множественном числе – «крайот».

            Внимательный, с хорошей памятью, читатель, конечно, это слово слышал и знает.

            «Кирия» есть в Тель-Авиве. Это городок-комплекс Министерства обороны.

            «Кирия» есть на Юге на границе Негева, и несет гордое имя «Городок ангелов» - «Кирьят Малахи» (Лос Анжелес почти!).

            Городок, расположившийся на Крайнем Севере страны тоже «кирия» - «Кирьят Шмона». «Городок восьми». В честь Иосифа Трумпельдора и его товарищей.

            И «Кирьят Арба» - городок, «Городок четырех», в честь праотцев.

Но!

Когда в Израиле говорят «Крайот» - «городки», то все знают, что имеется в виду тот самый не указанный на картах город, о котором мы упоминали раньше.

 

  Жилые районы Крайот

Предпринимались попытки административно объединить «городки», ведь территориально они давно слились в один город. Есть даже название нового города – Звулун, по имени Колена Звулун и долины, в которой разместились «крайот», но появление еще одного большого города в Израиле не всех устраивает т.к. значительно сокращает число теплых мест в муниципальных джунглях каждого из городков.

   

 Восточный Кирьят Хаим. Отсюда начинались Крайот семьдесят пять лет тому.

 Вопрос об объединении крайот периодически, в зависимости от конъюнктуры и целей политиков в данный конкретный момент, то возникает, то исчезает, обсуждается и даже становится основой для подковерной борьбы и создания разного рода движений местного масштаба.

  

Новостройки Крайот

Крайот начинаются, по сути, сразу при выезде из Хайфы на Север, с места известного всему Израилю под названием Чек Пост.

В свое время англичане организовали на этом стратегически важном месте, въезде-выезде в столицу Севера таможню, которая просуществовала вплоть до сорок восьмого года.

Неоднократно предпринимались попытки переименовать Чек Пост, дать этому образованию ивритское имя, однако дальше справочника «Золотые страницы» и нескольких транспортных информационных щитов дело не продвинулось.

Здесь, на берегу Хайфского залива, уходя от города на Север на многие километры, растянулся крупнейший в Израиле индустриальный район, включающий комплекс петрохимии, многочисленные предприятия самого разного профиля, торгово-развлекательные комплексы, транспортные узлы и развязки, аэропорт и морские порты.

      

Промышленная зона «Хайфский залив», дорога на Чек Пост, впереди Хайфа 

Территория, входящая в понятие Чек Пост – объект постоянного строительства и переустройства. Именно сюда переместилась Центральная автобусная станция на Севере.

    

На Чек Посту 

Уже в наши дни, совсем недавно открылся туннель под горой Кармель, ведущий от Чек Поста на Юг Хайфы к Центру высоких и прогрессивных технологий (МАТАМ).

    

 Сооружение южного въезда в Кармельский туннель со стороны Чек Поста.

 Двадцать лет тому все было намного скромнее.

 Я стал обходить все предприятия,

  заводы, заводики, мастерские и т.п. подряд, не представляя конкретно даже то, чем они занимались.

Задача была элементарно простой: найти любой заработок, что-нибудь, что прибавило бы к нашей «корзине абсорбции» пару шекелей.

Мора помогла составить и отпечатать на иврите трудовую автобиографию – «Корот Хаим», которую я, как инженер-электрик, направил в Электрическую компанию. Но это было делом будущего, а покамест, следовало найти, что-нибудь совсем простое и доступное.

 Я не могу утверждать, что Израильская электрическая компания проигнорировала меня.

 Я получил ответ, суть которого сводилась к тому, что я настолько хорош и настолько квалифицирован, что для моего трудоустройства просто нет никакой возможности, ибо придется уволить несколько ведущих специалистов, дабы создать рабочее место для меня.

Пришлось мечты оставить на неопределенное время и спуститься на землю.

Израильского разрешения на работу электриком у меня еще не было. Советское не годилось.

Глава соответствующего отдела Министерства труда приезжал на Север и лично принимал претендентов на разрешение только один раз в месяц. Об этих приемах ходили легенды. Словом, особо рассчитывать на это не следовало.

Забегая вперед, скажу, что при первой возможности я на прием к чиновнику попал.

Огромное лобби старого фундаментального здания в нижней Хайфе было забито нами до предела. Можно было обнаружить специалиста-электрика любого профиля и любой квалификации: от слаботочника-связиста и до специалиста по расчету высоковольтных машин, от электрослесаря и до ведущего инженера НИИ.

На прием заходили по одному, предварительно заполнив двухстраничную анкету.

Многие выходили молча и ни с чем. Большинство выходило с временным разрешением на работу в качестве помощника электрика, некоторые с разрешением более высокой квалификации.

В кабинете кроме «Самого» находился еще и переводчик из волонтеров, пожилой худощавый, говоривший с сильным польским акцентом.

Я сел, протянул анкету, перевод трудовой книжки общесоюзного образца, копии дипломов, аттестатов и советского допуска к электрическим работам.

Дипломы волонтер проигнорировал, но отобрал аттестат технического училища, допуск и трудовую книжку и передал это вместе с анкетой чиновнику.

По моей анкете прошлись маркером, прикрепили к ней отобранные копии.

Чиновник посмотрел на меня внимательно, поднял руки над столом, повертел ими и что-то спросил, волонтер перевел:

- Он запитует, или ты умеешь работать руками?

- Конечно, если бы я умел работать головой, то не стоял бы здесь - съерничал я.

- Не надо быть злым. Ты уже в Израиле.

Волонтер едва заметно покачал головой и приступил к переводу.

Через несколько минут мне вручили временный, на простом листке бумаги, допуск на работы с достаточно высокой квалификацией «дипломированный электрик».

Но все это произошло потом, через пару месяцев, а сейчас я прочесывал огромную промзону в поисках хоть чего-нибудь.

 Как готовиться и проходить интервью мы толком не знали.

  Позднее появились всякого рода наставления на русском языке. Сейчас же приходилось полагаться на интуицию и собственное понимание предмета. Считается, что я умею строить отношения с людьми, анализировать ситуацию и ориентироваться в обстановке. И в этом, действительно, наверное, есть доля истины.

Но и я попадал впросак.

Позднее мы изучили и приспособились к образу мышления израильского работодателя, а может, и он адаптировался к нам.

Поначалу я преодолевал проходную производства, добирался до хозяина или его представителя и старался в беседе обозначить себя как мастера на все руки.

Это не работало.

На одном из заводиков хозяин выслушал меня и сказал на идиш:

- Асах милухис - винцик брухис. (приблизительно: «Много профессий – мало благ»).

На другом, мне дали в руки сварочный держак, посмотрели на оставленный мной, очень средненького качества, шов и вне всякой связи с этим спросили:

- Штиу романешты? (Говоришь на румынском?)

Я отрицательно покачал головой.

- Эйх ата тистадер бэ таасия бли романит?! (Как ты обустроишься в производстве без румынского?) – уже на иврите, продолжил собеседник.

На одном из производств мне удалось взять маленький реванш.

Это была хорошо знакомая мне металлообработка резанием. Универсальное оборудование, знакомый запах смеси масла с эмульсией. Меня провели в застекленную конторку и показали техдокументацию. Небрежно выполненный сборочный чертеж и деталировки к нему.

Годы учебы в техническом ВУЗе и работы с машиностроителями не прошли даром.

Я спокойно просмотрел чертежи, указал в сборке место для каждой детали, Как смог задал вопросы и указал на отсутствие проточки в нужном месте под стопорное кольцо.

Я мог бы еще пройтись по посадкам и термообработке, но языка явно не хватало.

Ровно через неделю я снова вышел на поиски, сменив тактику. 

На сей раз, я старался выглядеть узким специалистом.  

Теперь, заходя на производство, я пытался сообразить, чем оно занимается и в соответствии с этим строить свой разговор.

Большей частью мне это удавалось. Уже в конце второго поискового дня я набрел на приличного вида здание с развевавшимися на флагштоках израильским и канадским флагами. Заглянув во внутрь здания и оценив обстановку, я понял, что здесь занимаются деревообработкой нестандартных изделий.

Среди станков и сборочных площадок резко передвигался мастер (минаэль авода), к нему я и подошел.

Он указал мне на лестничный пролет, на второй этаж и кивком велел подождать его там.

- Я столяр, - начал я.                                                                                                

- Мне нужен металлист, ты чертежи читаешь?

Читаю ли я чертежи? В свое время я даже, отрабатывая первые «Жигули», подрабатывал преподавателем черчения в техникуме.

Пустили рыбу в воду.

Мастер налил мне кофе в бумажный стаканчик и покамест я проглатывал эту горечь, созвонился с коллегой из соседнего участка.

Так я попал на участок сборки металлической мебели для офисных систем “Open space”.

Участок был для производства новым, только что организованным. Сборку нескольких видов изделий передали нам из Канадского филиала. Часть деталей присылалась из Канады, но, в основном, все уже, включая окраску в электростатическом поле, производилось в Израиле. Здесь же и окончательная сборка.

 На сборочном участке трудились русскоговорящие новые репатрианты

 в прошлом не имевшие к производству никакого отношения: преподаватель музыки из Могилева, бывший милиционер-алкаш, еврей по дедушке из Свердловска, художник–оформитель из Грозного, харьковчанин – выпускник торгового института. Настоящие металлообработчики устремились на более профессиональную и серьезную работу.

Руководил участком сын одного из хозяев, лет двадцати пяти, высокий с длинными волосами, собранными в пучок, с серьгой в ухе, на стареньком, мексиканской сборки VW - жуке.

В курс дела я вошел быстро, недели через три наш руководитель уехал в Тель-Авив на учебу в Шенкер и я остался за него.

Многое в организации производства удивляло меня: пятнадцатиминутный перерыв на кофе за счет хозяина, привозимый в сверхурочные часы ужин из ресторана, видимое отсутствие субординации в отношениях, минимум формальностей в решении повседневных задач, свобода в предоставлении транспорта.

К этому времени я освоился с технической документацией. Поначалу непривычно для меня выглядели размеры в дюймах, но я быстро адаптировался. Я стал составлять себе развернутые линейные графики работ, набросал эскизы и изготовил несколько примитивных приспособлений и шаблонов для сборки. Все это ввело работу участка в определенные рамки.

Отношения со старыми работниками складывались по-разному. С одной стороны они проявляли естественное любопытство по отношению к нам, с другой стороны, ощущалась некоторая настороженность и понимание того, что появился здоровый полный сил и желания работать конкурент. Кроме того, сказывалась разница в мировосприятии, воспитании, в поведении в быту и т.д.

Общение с руководством поначалу шло на смеси иврита и английского. Затем, уже через пару месяцев необходимость в английском отпала.

Непосредственное начальство отнеслось ко мне в высшей степени благожелательно, полностью доверило участок, и за два года работы там несколько раз по своей инициативе повышало зарплату.

Отношения с моими первыми работодателями в Израиле сохранились у меня и по сей день. Несколько раз в год, перед праздниками, я стараюсь навестить их и поздравить.

Надо сказать, что в то время они проявили удивительную терпимость и терпение, понимание наших трудностей. Правда, и мы отплатили сторицей. Постепенно вся огромная промышленная зона перешла на русский и теперь о румынском никто не вспоминает.

Конечно, это был уникальный период, когда огромная масса хорошо подготовленных, с сильной мотивацией людей влилась в израильскую экономику и способствовала ее значительному подъему.

Знакомясь и беседуя с рабочими тех лет, можно было изучать географию и систему высшего образования СССР: от Ленинградского оптико-механического и до Ташкентского ирригационного, от Севастопольского приборостроительного и до Казанского авиационного институтов.

На государственные и гистадрутовские предприятия новые репатрианты попадали редко, выборочно. Все сосредоточились в частном секторе, что и способствовало его подъему и расцвету.

Хозяева стали брать заказы, о которых раньше и не подумывали из-за сложности их исполнения, стали под развитие брать кредиты, развивать производство и вне сомнения экономить на зарплате для рабочих.

 Израильский промышленник зарабатывает деньги в жесткой, бескомпромиссной конкуренции на мировых рынках,

 он берется за те работы, которые другие считают невыгодными, нецелесообразными. Он влезает в любую образовавшуюся щель, нишу, он готов инвестировать в новое с риском для себя, в надежде на успех, даже, если он не обеспечен и не гарантирован.

На своем первом месте работы я установил свой личный рекорд продолжительности рабочего дня. Число часов отработанных с тремя перерывами, общей сложенностью не больше часа, превысило сутки. После этого марафона, я получил дневной отпуск и бонус, но расслабиться и заснуть без успокоительного «777» не смог.

Когда торговый агент израильской фирмы в какой-нибудь Голландии нащупывает заказ и вступает в конкурентную борьбу, он готов к выдаче обещаний и гарантий на грани фантастики.

Если, его европейские коллеги запрашивают на изучение предложения два-три дня, на эскизный проект дизайнера, еще дней пяток-неделю, предложение цены со сроками готовы предоставить после согласования в конце следующей недели, а изготовление срочно произвести в следующем месяце, то израильский представитель ведет себя примерно так:

- Эскизный проект мы сейчас нарисуем с моим помощником прямо тут, на месте и согласуем. Все необходимое у нас есть на складе в Европе, но часть мы все же будем вынуждены подвезти из Израиля, что займет дня три-четыре. К концу следующей недели мы сдадим Вам офис «под ключ». Самое главное: определитесь с цветовой гаммой!

Покамест потенциальный заказчик определяется с цветом и оттенкам, особенностями освещения рабочих мест и акустики, в Израиль уже следует факс с детальным указанием, что и как, почему и зачем.

Не исключено, что в Израиле, чей-то другой не такой срочный заказ будет размонтирован, перекрашен, пересобран, дотошно проверен на соблюдение стандартов и качество, переупакован и ближайшим контейнеровозом отправлен в Европу.

Все происходило именно так. И в этой ситуации никто часов не считал. Важен конечный результат.

Так, незаметно для себя я отработал два года.

Жизнь не стояла на месте. Стартовала первая серьезная израильская газета на русском языке «Время», через некоторое время сменившая хозяев и имя на «Вести».

Начались регулярные передачи русской государственной радиостанции РЭКА.

Появилась «олимовская» политическая партия «Исраэль бе алия» - «Израиль на подъеме» - пестрое общество разноразмерных, разноплановых и разноориентированных активистов.

Время летело быстро.

Моменты эйфории сменялись отрезками уныния.

 Все, как обычно в такой обстановке и положении. К концу первого года пребывания в стране стало очевидно, что не все так плохо, как иногда казалось.

Не зная истинную цену шекелям, еще не ощущая его покупательную способность, плохо ориентируясь в приоритетах, я, чуждый мелочным денежным расчетам, был вынужден вести помесячный график поступлений и расходов. К концу года пребывания поступили подарочные деньги на электротовары.

  Подведя очередной семейный денежный баланс, я понял, что способен, не ущемляя интересы семьи купить автомобиль.

 О том, что у новых репатриантов, лихорадочно работавших на любых работах, за любые деньги, считавших каждую копейку и дважды думавших, прежде чем раскрыть кошелек кое-что скопилось, понимали и умные еврейские головы в банках, торговле и в строительной индустрии.

Теперь надо было научить олим тратить деньги и брать ссуды.

С одной стороны надо было посадить алию на машканту - ипотечную ссуду, дать кров над головой, привязать к банку и определенной местности, стимулировать покупку мебели и всех других атрибутов западной жизни, с другой стороны, владельцы автомобильного рынка жаждали роста продаж за счет новых репатриантов. И здесь были свои резонные доводы.

Новый репатриант, определенный период имеет скидку на покупку автомобиля, доходящую до сорока процентов от его стоимости.

И это для вчерашнего жителя Дербента, Могилева или Винницы, годы вожделенно смотревшего на соседские «Жигули» и мечтавшего о «Запорожце»!

 Победили «колеса».

 В прямом смысле. Но не те, о которых сейчас подумали некоторые!

Один из тогдашних израильских русскоговорящих журналистов, бывший москвич, затем израильтянин и теперь снова москвич в те, теперь уже далекие годы, повел в прессе и на радио активную компанию, убеждавшую олим не покупать жилье и не брать ссуд в банках, доказывая невозможность ее возврата и нецелесообразность приобретения жилья.

Это было, по сути дела, во вред алие.

 Акция, совершенно не правильная и по существу, и по оценке обстановки, и по расчетам, и по форме и способу подачи материала. Развернутая в те времена компания нанесла огромный вред массе новых репатриантов, вогнала их в непредвиденные расходы, отсрочила момент адаптации в Израиле.

Одновременно в русской печати и на радио стали муссироваться слухи о возможной отмене льгот на покупку автомобиля. Начался прессинг и агрессивный маркетинг, направленные на стимулирование приобретения автомобилей новыми репатриантами.

Таким образом, поток денег накопившихся у новых репатриантов был перенаправлен с покупки недвижимости на покупку колес.

Суммы не сравнимые, но это были именно те деньги, которые могли бы послужить первым базовым взносом для покупки квартиры.

Трудно было не попасть под это влияние, и в массе своей, алия девяностых проиграла на своем доверии «своим».

И за это «русским» СМИ Израиля – отдельное «спасибо»!

 Ровно, через год, после приезда в Израиль я сел за руль собственного автомобиля.

 Честно говоря, для этого никаких ссуд мне не понадобилось, нам удалось заработать сумму, достаточную для покупки даже двух авто, но тут сработала скромность, скупость и советскость…

Надо было, не мудрствуя лукаво, приобрести что-нибудь японское, среднего размера и за умеренную цену.

На мое «счастье» в то время на израильский автомобильный рынок вышла «Шкода».

«Много автомобиля за мало денег!» С моделью «Форман» я коротко познакомился в ГДР в конце восьмидесятых. Она, во всяком случае, не уступала моим «Жигулям» и была той моделью, которая в свое время повлияла на решение VW приобрести чешский автоконцерн.

 Я решил, что мне хватит «Шкоды».

«Шкода», так или иначе, прослужила мне около десяти лет, уступив впоследствии место японкам.

Теперь по выходным мы выезжали на природу, благо север Израиля располагает огромным числом привлекательных и удобных для отдыха мест.

 Через два года я созрел для покупки жилья.

Обретя трехкомнатную квартиру, «забив гвоздь в стену и повесив на него кепку» мы сразу ощутили душевную успокоенность.

«Клайн, абер майн!» - говорили в городе моей молодости и выражение это, как нельзя лучше соответствовало нашим чувствам.

Но временно.

         

Через шесть лет мы сменили квартиру на совершенно новую, большую, современную, с прекрасным видом на Север.

 А еще через восемь лет, сделав очередное усилие, полностью расплатились со ссудами.

 

Вид на Север с балкона нашего дома

 Несмотря на то, что на заводе у меня все ладилось, работа не по специальности не устраивала меня.

 Да и полученное разрешения на выполнение электрических работ давило карман и взывало к совести. Я предпринял еще одну безуспешную попытку проникнуть в государственную электрическую компанию и, было успокоился, но совершенно случайно в чужом разговоре услышал, что в компании, занимающейся добычей и переработкой камня, освободилась должность электрика.

На следующее утро я сорвался туда. На Юг от Крайот, до известного всем Чек Поста и к подошве горы Кармель. Базовое предприятие расположилось в огромном кратере, образованном в результате выемки камня из горы, на месте старой каменоломни. Прямо над базой нависали корпуса Техниона и улицы города спутника Хайфы – Нешера.

Руководитель электроотдела оказался русскоговорящим ватиком. 

И вот тут наступает время объяснить кто такой ватик.

Стаж на иврите – «вэтэк.»

Отсюда: старожил, старослужащий, человек со стажем – «ватик». Так, новый репатриант – «Оле хадаш», а старожил – «Оле ватик».

Строго говоря, министерство абсорбции точно определяет временную границу перехода из одного состояния в другое, а политические партии свободно переносят эту грань в ту или иную сторону в зависимости от конъюнктуры.

 Ну, посудите сами. Какая может быть партия новых репатриантов через двадцать лет после алии!?

Однако есть политики разыгрывающие карту «Оле хадаш» и по сей день и  есть партии, строящие е свою деятельность на подобных спекуляциях.

Отношения между оле-ватиками и оле-хадаш сложные и болезненные. И не стоит здесь, и сейчас углубляться в эту тему.

Мне встречались всякие.

И резко враждебные, язвительные, завистливые и крайне доброжелательные, все понимающие, спешащие на помощь и подставляющие плечо.

Как-то я записался на прием к частному врачу-ортопеду. Ни имя его, ни фамилия, ни иврит его не выдавали в нем русского происхождения. В ходе приема я обратил внимание на стоящую на его столе деревянную шкатулку ручной работы с характерным буковинским орнаментом. Я не удержался и спросил о ее происхождении.

Врач закончил прием, написал нужные бумаги, затем перешел на русский. Оказалось, что он выпускник медицинского института из города моего детства и юности. Мы обменялись несколькими фразами по этому поводу. Денег он не взял.

Руководитель электрохозяйства оказался бывшим харьковчанином и, безусловно, относился к той части ватиков, которая не отделяла себя от новой алии и ощущала себя ее интегральной частью.

Не знаю, случайно ли это, но на всех жизненных этапах, если мне встречались харьковчане, то оказывались они людьми высшей пробы. Высоких моральных качеств и доброго характера, между прочим, независимо от национальной принадлежности.

Разговор с руководителем получился непродолжительным, но содержательным.

Я не стал хитрить.

 Положение мое было не совсем простым. Конкретной работой электрика, прибориста, я занимался довольно давно. Особенность состоит в том, что по мере подъема по служебной лестнице, все больше занимаешься вопросами общего характера, кадрами, деньгами и т.п. и все меньше решением конкретных задач. Наступает момент, когда твоя квалификация как администратора окончательно перевешивает твой предыдущий опыт, а тут еще смена парка и номенклатуры приборов и аппаратов, методов работы. Словом, надо начинать почти с начала.

Мой собеседник понимал мое положение и тот риск, на который я был готов пойти во имя возврата к прежней специальности.

Я провел два пробных дня на новом месте.

Работа была все время на выезде, на каменоломнях разбросанных по всей стране.

Коллектив отнесся ко мне приветливо, положительно.

Я решил рискнуть.

С прежнего места работы отпускали меня нехотя, заверили, что пару недель подождут меня, вдруг мне расхочется. Доводы мои сочли заслуживающими внимания и уважения. На том и порешили.

 На каменоломнях я провел почти год.

 После командировок в Москву, попадая назад в теплый и дружественный Ташкент, я начинал на собственном опыте ощущать справедливость понятия об относительности времени и пространства.

В Москве, при первом же спуске в Метро, я невольно ускорял шаг, включался в предложенный столицей ритм и темп. Возвращаясь, домой, я продолжал еще некоторое время бежать, спешить, жизнь в Ташкенте казалась мне замедленной, преступно неторопливой, исполненной восточной ленцы и благодушия.

Нечто подобное я ощутил, придя на новое место работы. После частного предприятия с его системой максимального использования каждой рабочей минуты, новое, принадлежавшее государству и профсоюзам предприятие, показалось мне кусочком хорошо знакомой Средней Азии, только вместо традиционного чая здесь царил кофе с хелем.

Первое впечатление не всегда соответствует действительности, но очень многое на новом месте работы напоминало старую жизнь: важный, весь из себя, рабочий комитет - аналог советского профкома, собрания, вручения грамот и т.п. Я не верил своим глазам и ушам.

Впрочем, несмотря на все это работа шла, задания выполнялись. И зачастую это было совсем не просто.

Работа строилась таким образом, что ежедневно, мы, несколько электриков на служебной машине выезжали на объекты на очередную аварию или плановую работу.

Это было время, когда я на практике изучил географию Израиля и его дороги.

 Друзья – коллеги, спасибо им, между прочим, просвещали меня, комментировали проносящиеся мимо пейзажи, углублялись в особенности ивритского сленга и русского мата, весьма популярного на всех уровнях израильского общества.

Так пролетело время, и когда, по прошествии одиннадцати месяцев меня в соответствии с законом следовало принять на постоянную работу, я, совершенно неожиданно для себя, получил письмо об увольнении.

Известная практика израильских государственных и профсоюзных предприятий.

Делать было нечего.

Вместе с расчетом я получил замечательное рекомендательное письмо.

 Объективно, цель маневра была достигнута.

 Подходил к концу 1993 год.

Мне было 46. По мнению работодателей непростительно много, а по моему теперешнему пониманию – совсем ничего.

 Теперь, когда возврат к профессии молодости состоялся, я был готов к дальнейшему штурму израильского рынка труда сосредоточенного на севере Хайфы, вокруг легендарного места под названием «Чек пост».

 Маленький, неназойливый словарик для непосвященных:

Олим – новые репатрианты

Ульпан – студия, место изучения иврита

Мора – учительница

Технион – политехнический университет, центр технологической и технической жизни Израиля.

Кирия – городок, поселок

Минаэль авода – руководитель работ, мастер

Шенкар – институт прикладного искусства им. Шенкара

777 – бренди израильского производства

Клан, абер майн (нем) – Маленький, но мой (свой)

Нешер – орел – город, прилегающий к Хайфе

Хель – добавка к кофе, популярная у израильских арабов.

Гистадрут – израильские профсоюзы

 


К началу страницы К оглавлению номера

Всего понравилось:0
Всего посещений: 1610




Convert this page - http://berkovich-zametki.com/2012/Zametki/Nomer1/MFuks1.php - to PDF file

Комментарии:

Владимир
Бузулук, Россия - at 2018-01-24 18:16:10 EDT
Я с интересом прочел как у тебя складывалась жизнь.Ты Марк безусловно талантливый человек и несомненно твои рассказы нужны.
Nelli Bronshtein
Petah Tiqva, israel - at 2012-01-26 18:21:35 EDT
Вот и встретились и не в последий раз.
Анатолий
Тверия, Израиль - at 2012-01-24 13:50:20 EDT
Рассказ нормальный, типичная послесоветская израильская биография. Поражен эйфорическими откликами читателей. По-моему это обычный хороший рассказ, спасибо автору.
Л. Комиссаренко - М. Фуксу
- at 2012-01-23 08:45:08 EDT
Дорогой Марк! Не удалось сразу по прочтении прокомментировать, а теперь не пробъёшься с чем-нибудь новеньким. Своё открытие рабочего рынка Германии начал в 60 и, если бы в начале пути не встретил своего будущего шефа, тогда бы и закончил. Здесь для пожилых защитное законодательство обернулось своей репрессивной стороной - пожилого почти невозможно уволить, поэтому лучше его и не брать. Так что Марк Аврутин почти прав. А рассказ хорош ещё и прекрасными иллюстрациями - свидетельством любви автора к стране. Спасибо.
Мадорский
- at 2012-01-20 10:48:41 EDT
Недавно поездил на прекрасной машине Марка, был в его замечательной квартире, ощутил на себе его, поистине, восточное гостеприимство. Так что результаты адаптиации Марка в Израиле увидел в полной мере.
Спасибо, Марк за рассказ и за тёплый приём!

Лорина Дымова
Иерусалим, - at 2012-01-19 09:35:01 EDT
Марк, великолепно! Увлекательнейший рассказ о том, что все мы таким или иным образом пережили. Прекрасный язык - не журналиста, а литератора. Огромное удовольствие это читать. Жажду продолжения!
α-Pahan@bratva.ru
- at 2012-01-18 16:59:03 EDT
Поэтому, поскольку досихпорошнее повествование уважаемого автора пока прервалось на точке 1993, хотелось бы добавить к обсуждению и пару скромных штрихов по креативной интеграбельности.
А начиналось-то всё тоже с развоза резюме по офисным и пром -зонам абы куда. И было при этом много негатива и непонимания методологии как таковой, однако в осадок выпадал небольшой процент понимания по настоящему умных людей, могущих кое-что посоветовать, подсказать, отшлифовать резюме и в конце-концов куда-то зацепить.
Дальше - долго...но вот основное :
- нешаблонность резюме; перечислить всё, вплоть до специальности с военной кафедры и плюньте в лицо тем кто утверждает что это смех. Даже если работодатель не увидит там квалификации, он заметит годность к строевой, что будет в его глазах идентично критерию нормальности по их понятиям. Потому как тут человек прошедший армию сигнализирует о своей, в большинстве случаев нормальности и он (проецирует это на жизненный путъ оттуда, тем паче помня, что советская армия это было нечто серьёзное). Смеются над дипломами (даже если они ничего не стоят) те, с кем не стоит разговаривать вообще.
- при попадании на собеседование очень помогает перенятие инициативы. Понятно что трудно конкурировать с местными спецами если начнут гонять по высокотехнологическим темам. Но напр. лица с техн. образованием обладают еще оттуда некой физикоматематической базой. При том что сейчас доступны облегчённые версии (или подсуетитесь достать рабочую версию) систем апр или моделирования - познакомьтесь с продуктом фирмы и замоделируйте что-то из той тематики, даже что-то не очень громоздкое, но требующее общей техн. компетенции. Например, многие динамические процесс описывается дифуром второго порядка - хоть электро, хоть термодинамика, хоть механика итд
Для пущей важности хорошо бы вплести туда кружева из передаточных функций, интеграторов, с-функций, вызубрите это наизусть чтоб аж отлетало, ну или какой-нибудь инвентор или кад или сап - и тогда для собеседника вы превращаетесь в ценный мотивированный кадр, которого хочется если не взять в ведущие спецы, то уж никак не менее чем в девелопмент-саппорт, откуда то топ уровня не так далеко.
Либо если попроще - можно заявить - а я тут часом презентацию для вас гостпода подготовил в павер-поинте, не изволите ли краем уха отслушать отчёт о устройстве и применении модерновых систем-методов? Даже сам факт перенятия вами инициативы приятно удивит собеседника, мол надо же какой кадр взялся, такой методики я часто мол не видал ранее в наших регламентированных пеннатах. И тогда вместо того что вас загоняют вопросами по проф тематике, вы превращаетесь почти в нечто если не желанное, то понятное (с очевидными признаками упомянутого г-ном Т.Сарацином Ай-Къю) и вызывающее желание присмотреться. Итого - минимум ляпов, вопросы следуют на предложенную вами тематику и возможность припереть собеседника к стенке в рамках темы, при этом снисходительно его помиловав, простив пробелы в его компетенциях...
А вообще, резумируя вышесказанное, оно конечно работодатель больше ценит компримированно по времени написанные реплики в гостевую написанные между делом, нежели целые статьи.


http://filmsmusic.ru/blog/p_p_sharikov_jablochko_podkhodi_burzhuj_glazik_vykolju/2011-02-22-1404

α-Pahan@bratva.ru
- at 2012-01-18 16:57:38 EDT
Соглашусь с предыдущими комментариями, чудесное повествование, в рассказ вложена душа, да и не может быть иначе когда и литературный талант воплощен повествованием во многом нарицательную историю креативной абсорбции и карьерного штурма мещанских бастионов на личном примере и личной спине.

Приведение личных достижений и личного примера, как привёл в своём ответе г-н Игонт г-ну Аврутину воодушевляет конечно на фоне, но дабы обсуждение фрагментами не восходило до модуса "а у нас в квартире газ", а обрело также оттенки рекомендательно-концептуальной консультации, позволю себе привести нижеследующее.

В Германии ситуация с трудоустройством на квалифицированную (в общих случаях, не считая исключения) видится мне существенно более сложной, чем в (других) эмигрантских старнах, особенно по мере сближения с пенсионным возрастом. А если еще эмиграция состоялась в 90х или начале 2000х - ситуация особо осложнена ускорившимся н.т.п. новыми технологиями и методами. Даже опытные специалисты из прошлой жизни пока приезжали, пока учили язык да осваивались, борясь с бюрократическими перепетиями - обнаружили что их и так не особо востребованный сов. опыт отстал (однако за время пути собака могла подрасти) от времени и технологий, еще более от микро, нано, софтов и прочих сапров.

Заинтригованный -Штильману А.
- at 2012-01-18 09:12:01 EDT
A.SHTILMAN
New York, NY, USA - at 2012-01-18 00:12:40 EDT

И вот, одна очень близкая мне семья в Израиле приехала в 1971 году и сразу купила три квартиры / правда работали все

_______________________________________

Интересно, откуда такие деньги, и как их можно было провезти с собой. Работа не в счет - "от трудов праведных не наживешь палат каменных".
.

A.SHTILMAN
New York, NY, USA - at 2012-01-18 00:12:40 EDT
Замечательные воспоминания!Если бы они появились хотя бы в середине 80-Х - то в Москве это было бы издано "массовым тиражом Самиздата"!
Так интересно, что сразу хочется читать подряд все воспоминания - без перерыва!
Вопрос с покупкой квартир. Журналист, о котором шла здесь речь, как кажется на примере многих возвращенцев - был с самого начала "с обратным билетом". И,наверное, не нужно объявлять параноиками тех, кто это видел уже тогда! А ведь смотрите: он очень способствовал организации недовольства и неуверенности в среде новых олим.Те, кто был способен мыслить самостоятельно, вскоре поняли, что самое лучшее, что можно сделать,имея работу - это купить своё жильё. В итоге все отказавшиеся от этой идеи тогда - проиграли и финансово и морально! Так что тот журналист своё "дело" сделал. Почти уверен, что он процветает по возвращении в Россию.Почему выгоднее всегда иметь свою квартиру, а не съёмную? Потому, что цены на рент растут во всём мире гораздо быстрее, чем расходы на содержание своего жилья - кооперативного или кондоминиума. Так это обстоит повсеместно. И вот, одна очень близкая мне семья в Израиле приехала в 1971 году и сразу купила три квартиры / правда работали все. В итоге за эти годы квартиры так вздорожали, что уже из одной "старой" часто получалось полторы-две новых. Эта семья очень приуспела и когда дочь выходила замуж у неё был прекрасное приданое /своя квартира!/ Но всё было сделано во-время.Так что "работа" журналиста получила, вероятно, самую выокую оценку в Москве -"где надо у тех у кого надо"!Спасибо за прекрасный очерк. Жаль только, что такой короткий.

Ontario14
- at 2012-01-17 22:25:47 EDT
Марк Фукс
Израиль, Хайфа - Tue, 17 Jan 2012 20:46:46(CET)

*********
Дорогой Марк, хотя я лично не вижу здесь даже намека на лашон hа-ра, тем более в отношении публичной фигуры, я полностью с Вами согласен.

Экс – М.Фуксу и Онтарио 14
Израиль - at 2012-01-17 22:20:53 EDT
Ontario14
- Tue, 17 Jan 2012 17:30:29(CET)

"Один из тогдашних израильских русскоговорящих журналистов, бывший москвич, затем израильтянин и теперь снова москвич в те, теперь уже далекие годы, повел в прессе и на радио активную компанию, убеждавшую олим не покупать жилье и не брать ссуд в банках, доказывая невозможность ее возврата и нецелесообразность приобретения жилья.
Это было, по сути дела, во вред алие…
Народ, Марк, должен знать своих долбое героев !"
хххххххххххххххххххххххххххххххххххххххххххх
Действительно, что за секреты? В нашей миниатюрной региональной супер-державе все друг друга знают, ничего не скрывают, своих "бывших" не забывают тож. В начале девяностых несколько публикаций по пресловутому квартирному вопросу журналиста Антона Носика посеяли среди "русских олим" лишь незначительные сомнения. Массового движения-сопротивления не возникло, публика была еще ошеломлена новой реальностью, растеряна и руководствовалась стадным инстинктом. В коварную формулу Шпицера не вникали. Начальный платеж скромен и аппетитен. Все берут машканты, все - друг другу гаранты, и мы туда же. Всех не накажут, если не потянем. Лезли из шкуры вон и платили... Журналист Носик опередил время, народ к признанию его правоты оказался далеко не готов. Лидеры алии (Щеранский и Ко) тогда были озабочены собственным реноме в глазах израильской властной элиты и не готовы к протестам… против своих (местных захребетников). Правительство Израиля признало наличие очень нездоровой жилищной проблемы лишь ныне, 20 лет спустя. В наши дни, под давлением молодежного "палаточного" движения премьер уже выдает… обещания.
В свое время против строительной мафии, припоминаю, отважился выступить лишь Эфраим Меламед, возглавивший в Кирьят-Яме амуту "Альфа-Цафон". Несмотря на разнообразные и безобразные козни строительных подрядчиков, амута воздвигла высококачественные дома дешевле на 30 проц. , чем у акул-кабланов, которых любовно опекал минстрой (великий А.Шарон)…
Небольшой дефект пунктуации в рассказе – избыточные запятые - легче не допустить, чем исправить. А в целом воспоминания хороши и приятны, поскольку рассказывают об удачливом авторе.

Марк Фукс
Израиль, Хайфа - at 2012-01-17 20:46:46 EDT
Дорогие мои читатели, друзья-коллеги!
Я сомневался в том, что эта история заинтересует вас, но рискнул и опубликовал.
Ваша высокая оценка, щедрые комплименты и желание продолжить диалог, а иначе я и не рассматриваю свой разговор с читателем, и здесь я, наверное, прав (?!) вдохновляют и обязывают.
Я постараюсь продолжить, причем свои усилия мне хотелось бы направить как можно больше на замечательные места современного Израиля и как можно меньше на описание своей скромной персоны в нем.
Собственно, то о чем я пишу является не началом, а продолжением некоторых воспоминаний, опубликованных на моей страничке в Форуме.
Я постараюсь не разочаровать вас.
Дорогой Онтарио!
«Народ, Марк, должен знать своих долбое героев !»
Я полагал абсолютно также и даже указал «героя» по имени, но при предварительном обсуждении материала с одним из моих приятелей получил замечание, что это не соответствует еврейской традиции и лучше воздержаться от конкретики.
Я – еврей, тем и интересен! (Перефразируя ВВМ) и соблюдение традиций для меня не пустой звук. Замечание я послушно принял к исполнению.
Вы это имя знаете, я знаю, знают еще с десяток хаверим. Ну а Создатель – безусловно! Этого достаточно.
Еще раз всем спасибо.
Ваш М.Ф.

Б.Тененбаум-М.Фуксу
- at 2012-01-17 17:52:55 EDT
На мое счастье, Марк, на моей первой американской работе мне не понадобилось ничего делать руками - они у меня "обе левые". Проблема была с языком: как оказалось, я не понимал английского в его устной форме. В письменной - понимал, а в устной был не в состоянии определить границу между словами, речь коварных англосаксов лилась непрерывным потоком, с частотой примерно в два герца издавая звук "th", который я не мог даже воспроизвести, не то, что понять. Еще хуже было с партнером по проекту - он был китаец, у него был свой акцент, совершенно "перпендикулярный" к моему, так что общались мы с ним только письменно.

Работал я в 40 км. от дома, машины не имел и не водить не умел, и меня возил некий "кооператив" - нас было четверо, машины были только у двоих, они чередовались, а двое остальных вносили свой вклад в общее дело бензином. И вот зимой 1981 года стою я у дороги. Темно, холодно, идет поток машин, где я (в чисто географическом смысле) не очень понятно, потому что в схеме массчузетских дорог я не ориентируюсь - и тут наконец одна из машин берет на обочину, дверь открывается, и на ее заднем сиденье я оказываюсь как бы в "русской капсуле" - все меня понимают, я понимаю всех, а из динамиков звучит Высоцкий - что-то там про "альпинистку". И в голове у меня некий вопрос: "Господи, ну как же я завтра разберусь с тем, что мне сегодня вроде бы поручили ?".

Ontario14
- at 2012-01-17 17:30:29 EDT
После прочтения пожалел, что не вечер, не дома и нет вина. Да и нельзя. Да и не с кем.

Но с одним моментом я согласиться не могу:

Один из тогдашних израильских русскоговорящих журналистов, бывший москвич, затем израильтянин и теперь снова москвич в те, теперь уже далекие годы, повел в прессе и на радио активную компанию, убеждавшую олим не покупать жилье и не брать ссуд в банках, доказывая невозможность ее возврата и нецелесообразность приобретения жилья.

Это было, по сути дела, во вред алие.

Акция, совершенно не правильная и по существу, и по оценке обстановки, и по расчетам, и по форме и способу подачи материала. Развернутая в те времена компания нанесла огромный вред массе новых репатриантов, вогнала их в непредвиденные расходы, отсрочила момент адаптации в Израиле.


Народ, Марк, должен знать своих долбое героев !

Борис Э.Альтшулер
Берлин, - at 2012-01-17 15:39:24 EDT
Замечательный, тёплый и очень откровенный рассказ патриота об Израиле.
Прекрасно изложено!!!

Игонт
- at 2012-01-17 15:34:56 EDT
Уважаемый коллега М.Аврутин, мой боевой(трудовой) путь в Германии:
1. год рождения 1949.
2. в Германии с 1994
3. работа 1995-2006 увольнение
4. 15 месяцев АЛГ 1
5. работа 2008-2009
6. 12 месяцев АЛГ1
7.с декабря 2010(61 год)по сей день работаю.
Поэтому и написал, что всё начинается после 46...
Всего доброго.

М. Аврутин
- at 2012-01-17 15:14:43 EDT
Дорогой тезка, прошу простить великодушно за попытку скрыться за спиной уважаемого Элиэзера. Но я полностью солидаризируюсь с ним и признаюсь, что лучше сказать не могу.
А вот с коллегой Игонтом согласиться не могу.
"Просматривается определённая параллель с трудоустройством в Германии". Никакой параллели с Германией не просматривается. Скорее с Америкой.
В огромном Нью-Йорке в промзоне нет ни одного крупного предприятия. В поисках работы непременно попадете если не к самому хозяину, то к человеку, близко к нему стоящему. Убедившись в том, что не только руки, ноги у вас пришиты там, где надо, но и во взгляде нет ничего идиотического, вы имеете шанс получить работу даже, если вам уже под 60 лет. В Германии это абсолютно исключено.

Игонт
- at 2012-01-17 14:06:36 EDT
Читал с огромным интересом. Одно удручало, что я такой "непосвящённый" и нужно искать значение неизвестных слов. А в конце...словарик. Теперь буду начинать читать Ваши эссе с конца.(Шутка.) Просматривается определённая параллель с трудоустройством в Германии. Обидно, что надо ждать целый месяц, ведь самое интересное начинается после 46.
Всего доброго.

Элиэзер М. Рабинович
- at 2012-01-17 04:49:54 EDT
Автор великолепно прошёл через "чек-пост" своей жизни. Самое же главное - в неприхотливом рассказе проступает такая цельная и симпатичная личность! Насколько беднее были бы журналы и портал, если бы с нами не было Марка.
Инна
- at 2012-01-17 01:32:57 EDT
Жду продолжения!
Игрек
- at 2012-01-17 01:21:01 EDT
Замечательно написано и так знакомо. У технарей все было похоже. Ваш "сварной шов среднего качества" - это прямо из моей "олимовской" биографии. Правда в моем случае он был ниже среднего качества. Что и не удивительно, держал я держак второй раз в жизни. Первый был еще в Союзе, когда я пытался сварить лестницу на чердак. Неудачно.
Е. Майбурд
- at 2012-01-16 23:07:51 EDT
Что называется - просто, но со вкусом.
Вкус виден во всем: в слоге, отборе материала, фотографиях, отношении к работе. Великолепный текст. Предвкушаю продолжение.

Борис Дынин
- at 2012-01-16 22:06:48 EDT
Ну, знал же я, кого выдвигать в авторы годы! Ну, ладно, все впереди!
Юлий Герцман
- at 2012-01-16 21:43:29 EDT
Здорово!
Владимир Вайсберг
Кёльн, ФРГ - at 2012-01-16 21:31:52 EDT
Прекрасное сочетаниек высокохудожественного текста и талантливых фотографий. Изумительное произведение. С нетерпением жду продолжения.
Б.Тененбаум-М.Фуксу :)
- at 2012-01-16 14:18:22 EDT
Марк, ну нехорошо делать перерыв на самом интересном месте. Когда же будет продолжение ?