©"Заметки по еврейской истории"
июль 2014 года

Игорь Ефимов

Высоколобый бунтарь

Нет, не может интеллигент полюбить правителя – хоть ты его режь!

Российский интеллигент – тем более.

Разве что великий Пушкин в зрелые годы сумел с сочувствием вглядеться в судьбу Бориса Годунова, восхититься Петром Первым, даже найти слова одобрения для Николая Первого: «он честно, бодро правит нами». Но друзьям его молодости, которые потом вышли на Сенатскую площадь в Петербурге, больше нравились его юношеские строчки про Александра Первого: «кочующий деспот», «плешивый щёголь», «враг труда».

После великих реформ 1861 года любые представители государственной власти становятся объектом охоты для террористов всех мастей, от народовольцев до эсеров. В одном из своих писем властитель дум российской интеллигенции, Лев Толстой, дал огульное оправдание этой ненависти: «Все французские Людовики и Наполеоны, все наши Екатерины Вторые и Николаи Первые, все Фридрихи, Генрихи и Елизаветы, немецкие и английские, несмотря на все старания хвалителей, не могут в наше время внушать ничего, кроме отвращения. Теперешние же властители, учредители всякого рода насилий и убийств, уже до такой степени стоят ниже нравственных требований большинства, что на них нельзя даже и негодовать. Они только гадки и жалки»[1].

Живя в Советском Союзе, я точно знал, что мои политические взгляды следует скрывать от властей предержащих и от людей посторонних. Какой парадокс! На Западе я дожил до того, что должен скрывать их от людей дорогих мне и близких по духу, по вкусам, по жизненной судьбе, если не хочу утратить их доброе ко мне расположение. Ибо после многих лет бесплодных споров мне стало ясно, что разделяют нас не взгляды, а сам способ политического мышления. Мы по-разному видим модель государственной постройки – в этом всё дело.

Добропорядочный интеллигент полагает главными достоинствами человека ум, талант, справедливость, образованность, честность, прозорливость, в какой-то мере – доброту и отзывчивость. Все эти качества он хотел бы видеть в правителях, в носителях верховной власти. Когда он обнаруживает, что по этой – священной для него – шкале правители стоят весьма невысоко, он испытывает возмущение, желание сместить их, поставить на их место более достойных. Такая схема взглядов для него абсолютно аксиоматична, её разделяют с ним сотни его знакомых и почитаемые им мыслители и литераторы, отступление от неё представляется моральным и интеллектуальным падением, карается остракизмом, изгнанием из интеллигентского сословия.

Я тоже ценю вышеперечисленные свойства, но я не могу закрыть глаза на то, что они всегда будут достоянием меньшинства. Люди неизбежно отличаются друг от друга по мере обладания ими. Кто-то неизбежно будет умнее, талантливее, прозорливее, энергичнее. Хорошо если в социальной пирамиде государства более одарённые занимают верхние слои. Но они не должны ждать – и тем более требовать, – чтобы верховная власть всегда брала их сторону в их вечном и неизбежном противоборстве с управляемыми. Ещё Томас Гоббс в середине 17 века открыл и объяснил нам, что верховная власть – будь то монарх, сейм, синьория, директория, сенат, хунта или парламент – выполняет роль арбитра между различными враждующими группами населения. Противоборство и вражда могут вырастать из религиозных различий, этнических, классово-экономических. Но самое сильное и неизменное противостояние будет между дальновидным активным меньшинством и близоруким инертным большинством.

Это можно сравнить с тем, что происходит в человеческом теле. Голова, оснащённая глазами, ушами, бесценным инструментом разумного сознания вглядывается в сумрак грядущего, строит блистательные планы достижения новых уровней благополучия и безопасности, требует, чтобы туловище, руки и ноги немедленно взялись за работу в указанном направлении. Но воля человека (аналог правителя в государстве) должна соизмерять эти прожекты с реальными пределами, поставленными остальному телу голодом, болью, жаждой, страхами, усталостью. Голова возмущается, часто требует от тела невозможного, выносит воле обвинительно-презрительные вердикты и часто погружает человека в глубокую депрессию, доводящую до пьянства, наркомании, а то и до самоубийства. В политическом существовании государства аналогом всего этого является разрушительный бунт.

В любом человеческом обществе существует расслоение, связанное с врождённым неравенством, которое я в своих других писаниях охарактеризовал терминами «высоковольтные» и «низковольтные»». Между этими слоями будет неизбежно возникать противоборство, непонимание, напряжение. Роль и задача верховной власти состоит не в том, чтобы быть умнее, талантливее, честнее, «высоковольтнее» всех остальных, а в том, чтобы быть арбитром между этими вечно противостоящими друг другу слоями, чтобы не дать их скрытой вражде выплёскиваться наружу, доходить до кровопролитий. Чтобы расслышать глухой гул, идущий из гущи низковольтных, чтобы понимать их страсти, правитель должен располагаться ближе к ним на шкале прозорливости, то есть быть ниже среднего уровня высоковольтных.

Конечно, в реальном историческом процессе верховная власть может склоняться то на одну, то на другую сторону. Если перекос происходит в сторону низковольтных на поверхность всплывают Иван Грозный, Робеспьер, Сталин, Мао Цзэдун, Кастро. Если перекос происходит в обратную сторону, в стране может возникнуть разделение на касты, крепостное право, рабовладение.

В роли арбитра правитель всегда должен перед высоковольтными отстаивать интересы и страсти низковольтных, и наоборот, перед низковольтными – страсти и устремления высоковольтных. В Древнем Египте дальновидные чиновники и жрецы должны были заставлять низковольтное большинство феллахов напряжённо и сверх меры трудиться, чтобы заполнить житницы не только на текущий год, но и в запас, на случай неурожайных лет. А как бы они могли этого достигнуть, если бы власть арбитра-фараона не была окружена божественным ореолом? Точно так же должна была обожествляться власть королей и императоров, чтобы вечно тлеющая рознь между высоковольтными и низковольтными, между разными народностями, между богатыми и бедными не взорвала государство изнутри.

Главная проблема состоит в том, что высоковольтный интеллигент не в силах вглядеться в ситуацию и чувства низковольтного. Он не понимает, что торжество его шкалы – ум, талант, дальновидность – оставляет неумное, неталантливое, близорукое большинство с сознанием безнадёжной второсортности. Человек готов терпеть бедность, недоедание, холод, но сознание неравенства с другими всегда чревато для него мучением. В государстве всегда должны быть управляющие и управляемые, и всегда в сердце управляемого будет гноиться вопрос: «Почему он наверху, а я внизу?» Ответ на этот вопрос не может лежать в рациональной сфере. Только священное право королей, фараонов, императоров, или божественная власть пап, халифов, синедриона, или освящённый веками порядок разбивки на четыре основные касты-сословия (Древний Рим, Индия, Средневековая Европа) или обожествлённый диктатор, фюрер, дуче могут предохранять общественную пирамиду от обрушения.

Сегодняшнему интеллигенту кажется, что решение проблемы найдено в политической конструкции, именуемой демократическая республика. Эта конструкция, действительно, создаёт иллюзию, будто врождённое неравенство преодолено, будто, приложив достаточные усилия, каждый может подняться в верхние слои общественной пирамиды. Жёсткая иерархическая лестница управления заменена чехардой смены правителей, и человек даже в самом нижнем слое общества может иметь свою долю самоуважения, когда видит, что правители заискивают перед ним, ищут его поддержки, борются за голоса избирателей.

Но и в этой подвижной конструкции высоковольтный интеллигент никогда не будет доволен избранными правителями. Он никогда не признает, что у низковольтных есть своя шкала и что они могут выбрать кого-то, кто им больше по вкусу. Сегодня русские интеллигенты выходят на демонстрации против Путина, но американские с неменьшей страстью протестовали против Рейгана и Буша, английские – против Маргарет Тэтчер, итальянские – против Берлускони, французские – против Ширака и Саркози, израильские – против Рабина и Нетаньяху.

Недавно один знакомый американский профессор объяснил мне, что он выбрал в качестве объектов ненависти «рабовладельцев» Вашингтона и Джефферсона, и что ему тяжело жить в стране, где стоят памятники Аврааму Линкольну, «погубившему больше американцев, чем Гитлер». При этом протестующие интеллигенты, как правило, убеждены, что победившие на выборах сумели каким-то образом обмануть большинство. Признать, что большинство каким-то образом может быть против него, против высоколобого умника, против его ценностей, против его священной шкалы, для высоковольтного необычайно трудно.

Сейчас в России многие со страхом замечают феномен так называемой «сталинизации». Политические комментаторы ищут, «кому это выгодно, кто подспудно толкает» страну в сторону возрождения страшного режима. Для них было бы невозможно допустить, что в народной массе ностальгия по сильной руке, по порядку, по тотальной уравниловке всех в одинаковом подобострастном подчинении живёт и накапливается без всякого внешнего подзуживания. Умники политологи не хотят видеть, что дорогая им шкала моральных и интеллектуальных ценностей для народной массы не может быть привлекательной, ибо обрекает её – массу – на безысходное прозябание внизу.

Во Франции 19-го века вскоре после свержения Наполеона бурно возродился бонапартизм, в России 21-го века отказывается умирать сталинизм, в Китае – маоизм, в мусульманском мире – фундаментализм. Интеллигент, вознесённый богатством своего ума, таланта, знаний, моральной чуткости над средним уровнем, не понимает, как может возненавидеть его всем этим обделённый низковольтный. СРАВНЯТЬ! КТО БЫЛ НИЧЕМ, ТОТ СТАНЕТ ВСЕМ! – вот главная, самая сильная политическая страсть низковольтного.

Только горстка русских интеллигентов, собравшаяся в сборнике «Вехи» в начале 20-го века, была способна осознать, что они «должны были быть благодарны царской власти за то, что она своими штыками и нагайками охраняла их от ярости народной». Когда монархия пала, на её место, ещё до большевиков, на свободных выборах в Учредительное собрание победила террористическая партия эсеров (чем не Хамас в Газе?). Если бы сегодня раздался «веховский» голос в России, я бы хотел присоединиться к нему. Потому что страшно боюсь, что этот «благородный» азарт в свержении «партии воров» расшатает неустойчивую конструкцию незрелой российской демократии и она рухнет в очередную кровавую смуту, как рушатся на наших глазах Ливия, Сирия, Ирак, на очереди Пакистан, Афганистан, Турция, а дальше многомиллионный пылающий вулкан под названием Африка.

В истории можно найти множество смут, произведённых бунтами снизу. Но и смут, произведённых верхними слоями, не так уж мало. В Российской империи это были декабристы, во Франции 17-го века – фрондёры, в Византии 8-го века – иконоборцы. Вглядываясь в кровавые разборки минувших веков, мы хотим найти у Истории ответ на наш вечный вопрос: «А кто был прав?». Увы, ответа на этот вопрос нет и быть не может. Ибо, когда противоборство выплёскивается на поля сражений, на первое место выходит вопрос «Кто победит? Чей порыв сильнее? Разрушителей или охранителей?».

Одно ясно: учиться у истории – удел и обязанность высоковольтных. На низковольтных исторический опыт, политические науки никакого влияния иметь не могут. Масса живёт своими загадочными страстями, своими смутными чаяниями и верованиями. И я смею утверждать, что хороший правитель по крайней мере должен понимать, что необходимо вслушиваться и пытаться расшифровывать этот гул. Интеллигент же в своём высокомерии воображает, что дай ему доступ к средствам массовой информации, он сумеет – сможет – навязать массе свою шкалу умного-честного-талантливого-образованного, которая прочно вознесёт его над тёмной обывательской массой во всех сферах жизни.

Моих интеллигентных друзей мне часто хочется уподобить архитекторам, которые явились бы из века ХХ в век XV и стали уговаривать тогдашних строителей деревянных домов: «Прорубите больше окон! Как можно жить в такой темноте! Чем больше света в доме, тем лучше – разве это не ясно! Можно вообще делать стены из стекла». «Но у нас есть только брёвна и кирпичи, – отвечали бы тогдашние. – При таком количестве окон деревянная или кирпичная стена развалится».

Строительный материал государственной постройки – люди, а уровень их политической и моральной зрелости – это известь, связывающая воедино социальную постройку. Чтобы перейти от силового управления государством к правовому нужно иметь достаточное количество людей с высоким правосознанием. То, что можно выстроить из скандинавов, британцев, французов, швейцарцев, канадцев, с трудом получается из греков, турок, испанцев, ирландцев, а попытки строить демократию из гаитян, афганцев, сомалийцев, кубинцев не могли обернуться ничем иным кроме тирании или хаоса. Ждать, что россияне, прожившее весь 20-й век под гнётом самого свирепого деспотизма, могут сравняться с политически зрелыми народами, – недопустимая и непростительная наивность.

Конечно, презирать и ненавидеть правителей – занятие увлекательное, гарантировано возносящее тебя на высокие ступени в глазах окружающих и твоих собственных. Просто жалко отказывать в нём своим высоколобым друзьям. Но всё же мне хотелось бы напомнить им несколько исторических реалий. Парижане, ликовавшие летом 1789 года по поводу падения Бастилии, ещё не знали имён Робеспьера, Дантона, Марата. И русские интеллигенты, нацеплявшие красные банты в феврале 1917-го, не слыхали имён Ленина, Троцкого, Сталина, Дзержинского. И немецкие, свергавшие кайзера в ноябре 1918-го, не предвидели, что вскоре им придётся выбирать между Рэмом, Тельманом и Гитлером. И вы, мои дорогие бунтари, ещё не знаете имён тех, кто воцарится в Кремле, если Богородица исполнит молитву четырёх весёлых рок-шансонеток, устроивших непристойный пляс в храме Христа Спасителя.


[1] Лев Толстой. Собрание сочинений в 20 томах (Москва: Худлит, 1965), т. 18, стр. 402.


К началу страницы К оглавлению номера

Всего понравилось:0
Всего посещений: 1031




Convert this page - http://berkovich-zametki.com/2014/Zametki/Nomer7/Efimov1.php - to PDF file

Комментарии:

Ефим Левертов
Петербу&, Россия - at 2018-02-06 15:09:20 EDT
Уважаемый Mikhfil Korovin!
Спасибо за возрождение интереса читателей к этой уникальной статье!
Уважаемый Автор!
Ваша статья сегодня стала еще более актуальной, чем во время ее написания.

Mikhfil Korovin
St/ Petersburg, RUSSIA - at 2018-02-06 13:43:52 EDT
Здравствуйте Игорь!
Лет 45 назад мы были на ты и играли в бридж. Вы с Подгурским , а я с Пановым - в Вильнюсе. Еще Гаральд и Гиндин.
Я кандидат по экономике и , по моему ммнению, все немного проще. Часть стран "развитых" живет при капитализме и основной характеристикой этого общества, является независимый суд. Есть еще и другие, но это основное.
Все остальные страны живу в феодальном обществе. Разновидности его многообразны , но главное - вождь (царь,король, аятола, 1 секретарь и т.д) всегда прав и суда на него нет.Переход к капитализму у разных стран проходил по разному, но нигде менее 100 лет с откатами туда и обратно.
Наполеон Франко и наш Путин и многие другие играют одинаковые
роли.. У нас еще много впереди -"и маятник кочнется вправо,
кочнувшись влево.(Бродский) Засим с приветом Коровин Миша

Владимир Фрумкин
Вашингт&, DC, USA - at 2014-08-23 05:08:39 EDT
Игорь, я давно не заглядывал в отзывы о твоей статье в июльских "Заметках", поэтому только сейчас обнаружил это:

"Дорогой ВОЛОДЯ ФРУМКИН, Ефим Григорьевич Эткинд всю жизнь бесстрашно защищал и обогащал русскую культуру и никогда не претендовал на то, что он знает, как управлять 300-миллионной страной с термоядерным арсеналом. Чувствую, что для тебя понятие «класс номенклатуры» стало такой же удобной отмычкой для загадки мирового зла, какой для Толстого были попы и генералы, для Маркса – эксплуататоры, для америкнского либерала – военно-промышленный комплекс, для сегодняшнего российского бунтаря – «партия воров», и так далее."

На мой вопрос о Дымшице ты ответил как-то по касательной, уклончиво. А если прямо, без обиняков? Как ты относился к конформистам-охранителям режима типа Дымшица, когда жил в СССР и вращался в кругу высоколобых инакомыслящих друзей? Спрашиваю, ибо имел счастье познакомиться и подружиться с тобой уже после отъезда.

Сильвия
- at 2014-08-07 14:21:07 EDT
Игорь Ефимов
Обурн, РА, США - 2014-08-07 04:22:16(140)

...где это Вы нашли у автора «призывы к обездвижению»? Всё, к чему он решился бы призвать, сводится к скромному пожеланию: «Дорогие высоколобые, уж коли вы берётесь рассуждать о политике, нельзя ли расширить рамки картины и включить в рассмотрение страсти обделённого образованием большинства?».
----------------------------------
А где Вы нашли "страсти обделенных образованием"? У них не страсти, а суровые будни - выжить и вырастить детей, дав им какое-то образование и специальность. Но и образование, и специальность, в конце концов, "подгоняют"себя под политику "высоколобых", а не наоборот, как это ни обидно. :-) И это только первый пункт...

Игорь Ефимов
Обурн, РА, США - at 2014-08-07 04:22:16 EDT
Дорогие читатели, меня очень подбодрила ваша бурная реакция на мою статью «Высоколобый бунтарь». Все отклики окрашены одним бесценным свойством: неравнодушием к судьбам своей страны и мира. Благодарен всем, но некоторые комментарии вызвали желание ответить персонально.
Уважаемый ГРЕГОРИ, мне было отрадно узнать, что Фридрих Горенштейн склонялся к политическим настроениям близким к моим. Я до сих пор горжусь тем, что первая книга этого значительного писателя, повесть «Искупление», была опубликована уже в 1984 году именно в нашем, только что созданном в Америке, издательстве «Эрмитаж».
Дорогой ВОЛОДЯ ФРУМКИН, Ефим Григорьевич Эткинд всю жизнь бесстрашно защищал и обогащал русскую культуру и никогда не претендовал на то, что он знает, как управлять 300-миллионной страной с термоядерным арсеналом. Чувствую, что для тебя понятие «класс номенклатуры» стало такой же удобной отмычкой для загадки мирового зла, какой для Толстого были попы и генералы, для Маркса – эксплуататоры, для америкнского либерала – военно-промышленный комплекс, для сегодняшнего российского бунтаря – «партия воров», и так далее.
Страстная СИЛЬВИЯ, где это Вы нашли у автора «призывы к обездвижению»? Всё, к чему он решился бы призвать, сводится к скромному пожеланию: «Дорогие высоколобые, уж коли вы берётесь рассуждать о политике, нельзя ли расширить рамки картины и включить в рассмотрение страсти обделённого образованием большинства?».
Дорогой ГРИША ГРИНБЕРГ, ваша горячая поддержка моих писаний радует всегда. Но признание в том, что статья в чём-то изменила Ваши взгляды, глубина и прочность которых мне хорошо известна, – на это я даже не расчитывал.
Милая АСЯ КРАМЕР, если время этой статьи «то ли прошло, то ли не пришло», не может ли оказаться, что она нацелена на освещение вечной проблемы: «интеллигенция и власть»?

Gregory
- at 2014-07-22 16:33:50 EDT
Прошу прощения за длинную цитату из собственной книги о Ф.Горенштейне, но, по-моему, она имеет прямое отношение к обсуждаемой теме:
-----------------------------------------------------------

Горенштейн предвидел и другое: у либеральной интеллигенции не хватит смелости признать, что в постоянном противостоянии власти и народа обе стороны не безгрешны. И это, в конечном счете, может привести к фактическому уничтожению интеллигенции не только как политической, но и как моральной силы. В романе «Место» на такую перспективу указывает Журналист, призывающий к стабильности, а не к потрясениям:

«…бить по фундаменту не надо… А если хочешь бить своими протестами, то оглянись и разберись, не надета ли тебе на шею петля и не вышибаешь ли ты сам ударом своим табурет из под своих ног…»

Позиция незавидная, но это и есть, как считает Журналист, реальное – и даже иногда желаемое – положение интеллигенции в России:

«Когда табурет стоит прочно под ногами и петля не затянута на шее, то висельник, во первых, имеет возможность дышать, а во вторых, ждать помилования… Дышать и ждать — что может быть дороже для человека?»

Беда в том, что альтернатива намного хуже – в эпилоге романа, уже после смерти Журналиста, главный герой, Гоша Цвибышев, рассуждает:

«…идеал покойного журналиста, идеал покойного умеренного оппозиционного интеллигента — стоять с незатянутой петлей на шее, на прочном табурете — возможен лишь тогда, когда на узкой тропе Истории только Власть. Когда же туда, навстречу власти, словно дикий кабан на водопой выходит Народное Недовольство, то первым же результатом их противоборства является двойной удар сапогами по табурету…»

Сам Журналист – человек сталинской эпохи – был убежден, что спастись можно только одним способом: сохранить основы незыблемыми:

«Советская власть необходима России и рождена ее историей. Вместо нее может явиться только худшее. И это мягко говоря. Это худшее может найти сторонников, много сторонников. Миллионы. Тут ведь счет ведется десятками миллионов людей и сотнями тысяч километров. Таковы масштабы. И вот в таких то масштабах советская власть огромная находка и огромное благо, за которое всякий разумный человек спасибо должен сказать, несмотря ни на что».

Это утверждение (сделанное от имени Журналиста, не Горенштейна!) напрямую перекликается со знаменитой фразой из статьи литератора, историка и пушкиниста Михаила Гершензона, появившейся в 1909 году в сборнике «Вехи», подводящем итоги первой русской революции. Оглядываясь назад, на годы забастовок, погромов, поджогов помещичьих усадеб, убийств, казней, он писал об интеллигенции:

«Каковы мы есть, нам не только нельзя мечтать о слиянии с народом, -- бояться его мы должны пуще всех казней власти и благословлять эту власть, которая одна своими штыками и тюрьмами еще ограждает нас от ярости народной».

Прошло сто лет после публикации «Вех» и тридцать после того, как был завершен роман «Место», но интеллигенция, как и предполагал Горенштейн, сохранила прежние иллюзии. И вот уже новое издание Гоши Цвибышева – Саша Тишин (герой романа З.Прилепина "Санькя")– вразумляет своего либерального собеседника:

«…тот "новый хорошо забытый старый" народ, который ты наделил столькими прекрасными качествами, и трудолюбивый де он, и добрый, он тоже самый что ни на есть "красно коричневый". Ты его себе придумал, его нет. Он сам себе выбрал эту судьбу, и она ему, наверное, нравится».

Саша ожидает, что народ поднимется против ненавистной власти и ее силовых структур. Журналист тоже рассматривал такую возможность («В настоящее время у русской государственности кроме советской власти есть в запасе только уличный национальный вариант»), но считал ее гибельной и надеялся на то, что народ предпочтет подчиниться сильной организации – КГБ. Судя по самой новейшей политической истории России, народ пока согласен не с Сашей, а с Журналистом – писатель Горенштейн еще раз обнаружил свой дар предвидения.

Владимир Фрумкин
Вашингт&, США - at 2014-07-22 02:42:13 EDT
Игорь, прочитав этот твой пассаж с цитатой из М.О. Гершензона:

Только горстка русских интеллигентов, собравшаяся в сборнике «Вехи» в начале 20-го века, была способна осознать, что они «должны были быть благодарны царской власти за то, что она своими штыками и нагайками охраняла их от ярости народной»,

я вспомнил рассказ Ефима Григорьевича Эткинда о том, как он окончательно порвал со своим другом А.Л. Дымшицем.
"Зачем вы это сделали?! -- спросил Е.Г. Дымшица, прочитав его разгромную критику романа Дудинцева, где впервые была сказана правда о новом господствующем классе - о номенклатуре, душившей все живое.Ведь вы обо всем думаете иначе!" Терпеливо выслушав обвинительную речь своего младшего коллеги, мэтр подвел его к окну. "Поглядите на те два фонаря. На одном из них будете висеть вы, на другом я - если мы будем раскачивать стихию. Дудинцев этого не понимает, ему хочется вызвать бурю. А те, кто хвалит его роман, дураки и самоубийцы. Только твердая власть может защитить нас от ярости народных масс".
По логике твоей статьи, высоколобый номенклатурщик Дымшиц был куда мудрее презиравшей его интеллигенции, ибо был ОХРАНИТЕЛЕМ, а не бунтовщиком. Или я чего-то не понял в твоей теории?

Виктор
Атланта, Джорджи&, США - at 2014-07-22 00:12:59 EDT
В нашу эпоху власть, как бы она ни прогнила и какими бы расшатанными ни были ее устои, располагает вполне совершенными средствами и методами противодействия врагу, то есть новому. Поэтому разрушить ее возможно лишь путем насилия и кровопролития. Миллионы обездоленных, убийства и злодеяния – все это лишь для того, чтобы злосчастье, неудовлетворенность жизнью, извечный духовный голод по-прежнему, а может быть, и больше прежнего мучили человека! Мало сказать, что сне лишено здравого смысла, оно идет вразрез с принципами добра и добродетели. Долг каждого человека бороться с этим, поскольку такая борьба – борьба за счастье человека.
...Когда новое насилие борется со старым насилием, каждый честный человек должен принять сторону старого насилия, поскольку нет никакой надобности становиться сторонником того, что по существу не улучшит человека, но принесет новые несчастья, убийства и чудовищное зло, тогда как всего этого и при старом насилии было вдоволь.

Чабуа Амирэджиби

Дата Туташхиа

Маркс ТАРТАКОВСКИЙ. Особь и личность.
- at 2014-07-19 17:09:18 EDT
1. Высоковольтный интеллигент не в силах вглядеться в ситуацию и чувства низковольтного. Он не понимает, что торжество его шкалы – ум, талант, дальновидность – оставляет неумное, неталантливое, близорукое большинство с сознанием безнадёжной второсортности. Человек готов терпеть бедность, недоедание, холод, но сознание неравенства с другими всегда чревато для него мучением. В государстве всегда должны быть управляющие и управляемые, и всегда в сердце управляемого будет гноиться вопрос: «Почему он наверху, а я внизу?» Ответ на этот вопрос не может лежать в рациональной сфере.
Интеллигент, вознесённый богатством своего ума, таланта, знаний, моральной чуткости над средним уровнем, не понимает, как может возненавидеть его всем этим обделённый низковольтный. СРАВНЯТЬ! КТО БЫЛ НИЧЕМ, ТОТ СТАНЕТ ВСЕМ! – вот главная, самая сильная политическая страсть низковольтного.

2. Страшно боюсь, что этот «благородный» азарт в свержении «партии воров» расшатает неустойчивую конструкцию незрелой российской демократии и она рухнет в очередную кровавую смуту, как рушатся на наших глазах Ливия, Сирия, Ирак, на очереди Пакистан, Афганистан, Турция, а дальше многомиллионный пылающий вулкан под названием Африка.

:::::::::::::МСТ:::::::::::::::

1. Проблема, как и ситуация, полно и наглядно смоделированы в нашей гостевой. И не только. В Сети, где у каждого есть возможность отметиться, - это рядовой случай.
Интернет открывает революционные возможности для социальной психологии - позволяет пристальнее вглядеться в саму "душу толпы".

2. «Низковольтные» (термин не совсем удачен: они-то наиболее напористы и агрессивны) инстинктивно стремятся к переворотам, «майданам». Для них это реальная, чаще всего единственная возможность реализоваться: «кто был ничем – тот станет всем».

История человечества - как исходный механизм - эволюция коммунальной особи в индивидульную личность.
Это заложено в потенции каждого нормального человека едва ли не как половой инстинкт. Является, собственно, как бы составной частью ОСНОВНОГО ИНСТИНКТА.

Сильвия
- at 2014-07-19 17:07:46 EDT
"....И вы, мои дорогие бунтари, ещё не знаете имён тех, кто воцарится в Кремле"
Если отреагировать на это попросту, то следует только одно - повеситься. Пойдем иным путем. Человек, даже самый глупый, не живет только одним днем, он то тут, то там что-то пытается улучшить в своей жизни, добавить толику кормфорта и обеспеченности - даже живущий в шалаше каждое утречко будет проверять свой шалаш на устойчивость и непротекаемость. Человек, даже самый умный, не может предвидеть как будет протекать тот или иной процесс, начатый даже по самому гениальному плану - появляется столько невозможных для предусмотрения/взвешивания/предварительного осмысления факторов и связей, каковые никто не может предвидеть со 100% уверенностью, что процесс закончится так, а не иначе.
Но любой человек ищет и всегда будет искать лучшего - так устроено живое существо даже с самым маленьким мозгом. Мышка будет искать и обустраивать свою норку, птица - заботиться о безопасности гнезда, а некоторые даже пожертвуют своей жизнью для воспроизведения потомства. Но только движение, стремление к чему-то и дает шансы индивиду/стае/обществу на выживание. Человек, несмотря ни на что, отчаянный оптимист - он всегда верит, что если приложить усилия, то можно добиться лучшего. И полагать, что страх перед возможной неудачей в этом процессе, должен/может остановить людей от резких движений - это элементарное отрицание всей истории человечества, которое всегда было готово рискнуть ради лучшего или того, что представлялось ему лучшим, но таковым в результате (!) не оказалось. Хотя, как уже известно, и отрицательный опыт - это опыт. Так что все призывы автора к "обездвижению" хороши только для покойников.

Алекс Б.
- at 2014-07-19 17:05:50 EDT
"...желание сместить их ,поставить на их место более достойных..." - верно , несмотря на восторги Алекс. Сергеевича, А.А.Ахм. - Александру , Петру ; ОДНАКО -"... И вы ,мои дорогие бунтари, ещё не знаете имён тех, кто воцарится в Кремле , если Богородица исполнит молитву четырёх весёлых рок-шансонеток , устроивших непристойный пляс в храме Христа Спасителя." - страшно подумать , а что , если вместо существующих , нам известных , придут ...дугины-прохановы-кургиняны (или- пострашнее ?) Ужас. И что же ? - выращивать капусту и скандалить по Гостевым ? перебираться " в провинцию у моря ?" Статья интересная , но - неясная. Непонятно даже - с чем соглашаться или не соглашаться. Впрочем, сдаётся мне, что Автору наши соглaсия/несогласия и не интересны вовсе.
Б.Тененбаум
- at 2014-07-18 22:06:54 EDT
Читать было интересно - но согласиться ? ...
Г.Гринберг
Belmont, CA, USA - at 2014-07-18 07:58:36 EDT
Божественно!!!!

Игорю Марковичу многая лета!!!

Кроме удовольствия первокласной литературы еще и эта глубочайшая продуманность - восторг! Если у меня в прошлой работе была тема для дискуссии, то здесь я с восторгом соглашусь с каждым словом.

Об актуальности в свете горячих дискуссий здесь я уж молчу.

И признаюсь - статья изменила мое внутреннее состояние и отношение к происходящему. Я увидел себя объектом статьи. Вот это - самое главное.

Ася Крамер
- at 2014-07-18 07:30:15 EDT
Игорь Юдович, в самом вашем вопросе скрыт ответ. По-моему все понятно - у кого есть организационные ресурсы, отработанные технологии, незанятые люди и много «community organizers» - у тех и «массовые волнения». Но и с другой стороны есть подвижки Tea party, например.
А вот вопрос к Игорю Ефимову. Вот вы очень остроумно разделили общество на «высоковольных» и «низковольтных», а в названии вдруг «Высоколобый бунтарь». Надо было, мне кажется, сохранить стиль. Статья, повторяю, очень хорошая.

Игорь Ю.
- at 2014-07-18 06:28:44 EDT
"Сегодня русские интеллигенты выходят на демонстрации против Путина, но американские с неменьшей страстью протестовали против Рейгана и Буша, английские – против Маргарет Тэтчер"
***
Интересно, что американские никогда на моей личной памяти не выходили протестовать против Клинтона и Обамы. Да и после Тэтчер протесты как-то сразу утихли.
Что-то тут не так с определением.

Ася Крамер
- at 2014-07-18 06:00:47 EDT
Умная рассудительная, с элементами философизма, статья, время которой – увы, или не пришло, или уже ушло. Сейчас сила инерции влечет всех к самым крайним флангам, все должно быть черным или белым. А жаль. На крайних флангах никогда не было и не будет глубины.
Сам стиль рассуждений Игоря Ефимова очень импонирует.