©"Заметки по еврейской истории"
январь 2017 года

Нинель Зевина

Нинель Зевина

Вспоминая Б. Грановского


 Жизнь каждого человека уникальна, но и типична для своего времени. Он один единственный со своим, только ему присущим набором и сочетанием внешних признаков и душевных качеств, черт характера, привычек, темперамента, способа общения с другими и много чего еще. Есть также еще особенности места и времени, исторический фон, уникальность общества, где он живет. В конце концов "все так делают" на сознательном или интуитивном уровне.

Жизнь еврея еще отличается тем, что он рождается с определенной задачей, миссией, в определенное время и в определенном месте.

Грановский Бернард (Берко) Борисович (1922 – 2003) родился в поселке Шпола Шевченковского района Черкасской области Украины, в бывшей черте оседлости евреев. Его родители: отец - Борух (Борис Соломонович) сын Шломо и Бина-Либа и мать – Рухель-Леа (Рахиль Яковлевна) дочь Янкеля и Нехамы происходили из традиционных еврейских семей. Дедушка по отцовской линии, Грановский, был шойхетом, а по материнской – Азрильян, имел небольшую лавочку, где торговал всякими хозяйственными мелочами. Обе бабушки занимались домом и детьми. Его отец очень сильно полюбил его мать, добился ее расположения, они создали семью. Сохранились открытки, которые отец писал матери до свадьбы. Он точно был уверен, что его Рахиль – самая прекрасная женщина на свете. И так до конца ее дней. Она ценила его, но и терпела тяжелейший характер и бурный темперамент своего мужа. Он был предан, все в дом, все для его Рахили. А она была и красотой семьи, и ее центром.

 

Борис и Рахиль Грановские 

 Родился сын. Желанный, единственный, удачный, способный. Рахиль очень страдала (до конца жизни) от того, что не получила образования. Сначала она работала в аптеке. А черты оседлости больше не было, мир для евреев был открыт. Семья переезжает в Винницу. Переезжают туда и обе семьи Грановских и Азрильян. Жили на улице Володарского.

Рахиль все свое неутоленное желание образования перенесла на сына. Как тогда бывало, жажда светского образования приводила к утрате традиционного еврейского образа жизни. Конечно, занятия скрипкой. Способный и прилежный ученик Ефима Григорьевича Брондза делал успехи. Концерты, грамоты, встречи с Петром (Пинхасом) Столярским. Е. Брондз был любимым учеником знаменитого на весь мир гения – педагога скрипки П. Столярского, который иногда приезжал из Одессы в Винницу. Он бывал и на концертах учеников Е. Брондза.

 

Бернард в пионерском галстуке рядом с П. Столярским, правее Е. Брондз 

 В 1941 году Е. Брондз был расстрелян немцами, пусть будет благословенна память о нем.

В 1937 году мать одна привозит сына в Москву для продолжения образования. Бернард поступает в ЦМШ (Центральная музыкальная школа при Консерватории). Отец пока остается в Виннице. Родственники Грановские, переехавшие в Москву и Ленинград раньше, помогают Рахиль. Ей сняли комнату в Лосино-Островском. Комната была сырой и холодной, по четырем углам стояли керосинки для просушивания и обогрева. А сын ежедневно ездит на поезде, который в то время шел очень долго (около часа) в Москву.

Постепенно все налаживается. Приезжает отец, семья перебирается в Москву, мать работает в Промбанке. Отец – торговым экспедитором.

Бернард заканчивает ЦМШ 19 июня 1941 г. И поступает в Консерваторию в класс скрипки профессора Я. Рабиновича. Но вот начинается война.

Немецкая армия стремительно наступала. Родители Рахили, Нехама и Янкель Азрильян, не захотели уехать из Винницы. Частый в то время аргумент: немцы – культурная нация, они нам ничего не сделают.

Самый массовый расстрел евреев (более 15 тысяч человек) произошел 19 сентября 1941 года за городом в Пятничанском лесу. Он описан в "Хронике убийства винницких евреев".

Вот такую открытку получила Рахиль о гибели ее дорогих и любимых родителей от бывшей домработницы родственников Анастасии Савченко.

 

Открытка от Насти с двух сторон 

 Подробностей их гибели не сохранилось. Внук позаботился о том, чтобы имена и фотографии его дедушки и бабушки были увековечены в музее "Яд вашем" в Иерусалиме.

Семья Бернарда уезжает в эвакуацию в Омск. Из-за хронической болезни ног Бернард не был призван на фронт. В Омске он работает в оркестре Театра им. Е. Вахтангова и заочно учится на русском отделении филологического факультета МГУ. После возвращения в Москву Бернард одновременно очно учится в Консерватории, заочно – в МГУ, а вечерами работает в Театре Вахтангова. Дружит с Евгением Симоновым. Это были времена Рубена Симонова и Цецилии Мансуровой.

В 1947 Бернард заканчивает МГУ по специальности "История русской литературы и русского языка" а в 1948-м – Консерваторию по специальности - скрипач. Его приглашают в оркестр Большого театра, но исполнительская деятельность не привлекает. Бернард выбирает музыкознание, поступает в аспирантуру. С 1951 г.  в Музее музыкальной культуры им. М. И. Глинки начинает работу над колоссальным музыкально-фольклорным архивом русского энциклопедиста князя В. Ф. Одоевского. Здесь он находит применение своим качествам: невероятной работоспособности, организованности, самозабвенной отдачи всего себя и жажды открытий, которых много в архивах. Архив содержит необработанные записи текстов и нот песен  26 народов мира. Среди них нет еврейских. 

 Сдает в издательство огромный двухтомный труд о русском балалаечнике В. В. Андрееве и его оркестре. Рецензент пытается использовать его в своих интересах, не получается,  книга выходит позже в сильно урезанном виде. Еще много позже японская музыковед привозит ему его книгу о В. Андрееве, изданную в Японии, о чем он и не подозревал. 

В 1952г. защищает кандидатскую диссертацию на тему "В.Ф. Одоевский - музыкальный критик " научные руководители – академик Б. Асафьев и Ю. Келдыш.  Позже в документальном телевизионном фильме Льва Николаева и Виктора Рабиновича " О прошлом память сохрани…" 1981г. Бернард в небольшом эпизоде рассказывает о своей работе.

 Он позиционировал себя как музыковеда–исследователя, источниковеда, текстолога. Ему были интересны новые, неизвестные страницы. В своей статье "Неизвестные автографы классиков" Советская музыка,№8, 1953г., Бернард публикует неизвестные автографы Гайдна, Генделя, Моцарта и Бетховена из собрания библиотеки Тартуского Университета. В следующем № 9 он публикует еще неизвестные письма Вебера, Мендельсона -Бартольди, Паганини, Россини, Мейербера.   

Все эти годы  мать и отец рядом, они – его поддержка, надежный фундамент и тыл. Жили очень скромно. Сын оправдывал надежды и труды родителей, особенно, матери. А он не просто уважал ее и любил, он ее обожал до конца своей жизни.  Прекрасная и умная женщина, она уже после своего ухода, снилась ему; он сверял свои поступки с ее оценками.  "Моя мама – она всегда со мной…"  Рахиль много читала, посещала Консерваторию, художественные выставки. Достойно общалась с высокообразованными людьми, создала в доме большую библиотеку. Образование, культура – это были темы ее жизни. 

В своей личной жизни Бернард был подобен своему отцу: обожал жену, дочерей, свой дом, был преданным и надежным. Интересно, как он встретил свою жену. Латвия, Юрмала, Дзинтари, пляжный волейбол на берегу Балтийского моря. Она: "Что-то мне мячик никто не бросает…" Он сначала услышал голос, потом увидел, кому он принадлежит, потом мячик стал лететь только к ней. Он отошел к кромке моря и сказал себе: "Слава Б-гу, нашел…" Он действовал очень решительно и напористо, иногда неуклюже: узнал ее адрес, все возможные данные, писал записки, посылал цветы. Сначала с ее стороны было открытое неприятие. Но вот она посмотрела в его глаза – такие родные, теплые, сияющие, любящие, и все решилось. Они были вместе 49 лет и пять месяцев, пока его не стало.

 

Вместе 40 лет 

  День 8 июля, когда был "тот самый волейбол" он отмечал каждый год всю жизнь. Был еще день 15 августа, когда он в первый раз пришел к ней домой в знаменитый в Москве дом Страхового общества "Россия" номер 6, кв. 35, на Сретенском бульваре. Эти дни – 8 июля и 15 августа – в семье назывались "папины даты". Каждый год 15 августа он приезжал один к этому дому, поднимался на пятый этаж, где она когда-то жила, и спускался по лестнице, усыпая ее цветами. А когда все подъезды в Москве заперли, он все равно приезжал с цветами, сидел на скамейке на бульваре и смотрел на ее окна, вспоминал. 

Бернард унаследовал трудный, взрывной характер. Жизнь с ним не была легкой. С людьми общался только по делу, дорожил каждым мгновением жизни, мог мало или совсем не спать.

Был короткий период благополучия: работа в Институте истории искусств, членство в союзах композиторов и журналистов, работа взахлеб. Отдых – это мытье посуды, покупка продуктов, оплата счетов, но никак не прогулки или, не дай Б-г, посещение театров, концертов или светских мероприятий. Бернард дал жене то тепло и любовь, семью, которых ей, рано лишившейся матери, так не хватало. Иногда он подписывал письма: "…твоя мама Бернард". Уезжая, он писал ежедневно длинные подробные теплые письма, очень скучал.

Но вот пришел 1966 год, и все стремительно полетело вниз. Он столкнулся с хваткой бывшего чекиста. Оболганный, с испорченной репутацией, он лишился работы, был исключен из союза композиторов. Больницы, безденежье. Дети маленькие, жена тоже в больнице. Он так больше и не поднялся в карьерном смысле.

 Долгие годы преподавал в детских музыкальных школах, с той же страстью и любовью, особенно любил дошколят.

 

После концерта в музыкальной школе

  Брался за любую работу: преподавал в ПТУ (профессионально-техническое училище), заменял ушедших в декретный отпуск преподавателей, читал лекции в обществе "Знание" и, теперь уже совершенно бесплатно, продолжал работать над архивом Одоевского.

Семья еле сводила концы с концами. Он никогда не умел пользоваться своими знакомствами с благополучными и успешными людьми, не обращался за помощью. Работал, работал, работал…

 

 

За рабочим столом   

 В конце 80-х годов Бернард начинает создавать и читать курс лекций по истории еврейской музыки. Со  всем своим высочайшим профессионализмом, культурой, умением много и скрупулезно работать, с любовью к своему народу. 

 

Б. Грановский читает лекцию по истории еврейской музыки 

 Ежедневно обязательно Тора, Шма утром и вечером, идиш, иврит, кидуш в субботу и праздники. Он читал свои лекции в Еврейском университете, Израильском культурном центре, еврейской школе. Создал богатую фонотеку. Евреи уезжали и отдавали ему виниловые пластинки с записями еврейских песен, канторского пения. Работал в обществе "Сефер". Страдал от того, что евреи не знают своего языка. Бернард принимал участие в работе общества "Холокост" отдал туда свой еврейский архив. Все свои лекции по еврейской музыке и фонотеку он отвез в Еврейский культурный центр на Никитской. Это был его последний выезд из дома: накануне была температура 40. Он долго ждал обещанную машину, она пришла, когда он был уже тяжело болен.

Дальше была больница. Причиной были его больные ноги. Через месяц и девять дней Бернарда не стало.

После него остались книги, статьи и не до конца разработанный, гигантский архив В.Ф. Одоевского.

Весь свой громадный архив он по темам передал в разные архивохранилища России в Москве других городах.

 Из письма Любавического Ребе №1549: "…мы обсуждали разные вещи, но не о самой важной вещи, которая содержится в вопросе: "Где ты?" Известен ответ Альтер Ребе министру, который спросил его о смысле этих слов, что это вопрос Вс-го к каждому человеку: "Где ты находишься? Что происходит с тобой?"

Берко (Бернард) Грановский постоянно задавался этим вопросом и отвечал на него в разные периоды своей жизни по-разному.

Главный ответ всегда был в его душе и сердце. Но на осознанном и практическом уровне он проявился в последние три десятилетия его жизни. Берко бен Рухель-Леа был похоронен по еврейскому обряду на Востряковском кладбище рядом с отцом и матерью.

Пусть его чистая душа пребывает в Ган-Эдене! Зихроно ливраха, пусть будет благословенна память о нем, о дорогом нам человеке.

   

                             Москва  тишрей  5777 г. 

                                          Октябрь  2016г.


К началу страницы К оглавлению номера

Всего понравилось:2
Всего посещений: 55




Convert this page - http://berkovich-zametki.com/2017/Zametki/Nomer1/Zevina1.php - to PDF file

Комментарии:

Bera Moptj
Israel - at 2017-02-25 18:43:51 EDT
I Like your article very much. Thank you very much,
Vera

Изалий Земцовский
Волнат Крик, CA, USA - at 2017-02-14 06:31:06 EDT
Спасибо, Нинель, за светлую память о незабвенном коллеге и старшем друге. И я имел честь и радость знать Б. Б. Грановского и его замечательную супругу Нинель Израилевну, обсуждать с ним его творческие замыслы и в меру сил помогать ему с публикацией его текстологических находок (напр., в составленной мною книге «Русская народная песня. Неизвестные страницы музыкальной истории». СПб., 1995. С. 26-86). Несколько десятков сохранившихся у меня его писем (в основном рукописных) и открыток я передал на хранение в архив Российского Института Истории Искусств в Санкт-Петербурге, где проработал 35 лет (см. фонд 128). Будем надеяться: придёт время, и они, наряду с другими архивными материалами Б.Б., найдут своего пытливого исследователя. Еще раз спасибо вам!