И меня регулярно волнует
вопрос:
Чем я хуже других... или лучше?
Может тем, что я гол, может тем, что я бос,
Может тем, что еще не изучен?..
Песня простого тибетского снежного человека.
Одна из идей, высказанных уважаемым Д.С. Хмельницким
на нашем сайте и в окрестностях, показалась мне настолько плодотворной,
что я попыталась воплотить ее в жизнь. Действительно, дискуссия далеко не
всегда является средством убеждения оппонента, зато открывает практически
неограниченные возможности для его изучения. Ниже конспективно излагаются
выводы, сделанные мною в процессе изучения Д.С. Хмельницкого.
1. Реалии еврейской и/или израильской жизни
он сравнивает не с аналогичными реалиями жизни, скажем, европейской, а с
идеальными теориями европейской левой, которые никогда не были осуществлены
на практике. Основная трудность при достижении взаимопонимания с оппонентами
состоит в том, что последние толкуют о реально существующих проблемах еврейского
национального существования, в то время как Д.С. мыслит на уровне «еврейской
национальной идеи», каковую он (не всегда верно) дистиллирует из писаний
собеседников, а затем констатирует (почти всегда верно), что она противоречит
исповедуемой им идеологии европейской левой. Поскольку обращение к реальности
ДС считает излишним, а левую идеологию воспринимает как Тору с Синая, обнаружение
означенного противоречия есть для него несомненный признак полного и окончательного
опровержения оппонента, с чем оппоненты, естественно, согласны далеко не
всегда, что и внушает ДС серьезные сомнения в их добросовестности.
2. Еще одним источником недоразумений является
употребляемая ДС терминология, вернее, употребление общепринятых терминов
в смысле, принятом только в среде все той же европейской левой. Так, например,
«идеологией» - с очень отрицательной коннотацией – принято называть любые
взгляды, кроме своих собственных. «Расизмом» принято именовать не только
любую ксенофобию (например, израильский закон, по которому араб-христианин
не может взять в жены единорасовую арабку-мусульманку, зато немецкий еврей-блондин
беспрепятственно женится на черной еврейке из Эфиопии!), но и признание
того факта, что человечество состоит из разных культур, и система ценностей
у каждой – своя. Наипаче же стремление негосударственного этноса к культурному
самосохранению, поскольку он не является представителем «Третьего Мира»
- тут все знаки стремительно меняются на противоположные. Не берусь утверждать
с уверенностью, но, кажется, употребление термина «антисемитизм» для обозначения
дискриминации арабов в Израиле – личная заслуга ДС... впрочем, возможно,
и прочие левые уже доразвились до этого уровня. Значение прилагательного
«тоталитарный», судя по контексту, приближается к значению существительного
«редиска» в бессмертном фильме «Джентльмены удачи».
3. В результате вышеизложенного у ДС возникают
серьезные трудности в восприятии и обсуждении двух очень важных для нашего
журнала тем: этнической, религиозной и культурной общности (в человечестве
вообще и у евреев в частности) и антисемитизма. Ибо как «национальная идея»,
так и всяческая юдофобия в ходе истории легко и часто «меняют кожу», прикрываются
самыми различными философскими рассуждениями и психологическими «рационализациями».
Они легко прослеживаются на уровне конкретного социологического наблюдения,
но в мире чистых идей, где обитает ДС, абсолютно неуловимы. А потому вместо
определения этноса или народа в ход идет сталинское (при всей горячей любви
ДС к этому деятелю.., но что поделаешь – другого-то нет!) определение нации
с языком, территорией, рынком и т.п. Еврейская реальность им описывается
плохо, так что не остается ДС ничего другого, кроме как отрицать существование
этой самой реальности. За это его тут у нас некоторые антисемитом ославили,
но по-моему – совершенно зря, потому что...
4. Точно также он не вмещает и антисемитизма.
Некоторые из существовавших и существующих «рационализаций» антисемитских
преследований (религиозные, например, или расовые) он отрицает и опровергает,
и даже ультимативно требует исключить из обихода прогрессивного человечества
все идеи и представления (например, слово «раса»), использовавшиеся когда-либо
для создания таких «рационализаций». Зато другие, совместимые с левой идеологией
(т.н. «антисионизм», например) – одобряет и принимает. Он категорически
неспособен уловить между ними связь, поскольку между различными «рационализациями»
действительно не существует никакой преемственности на уровне идей, а на
другой уровень ДС опускаться не хочет. У него, например, вызывает бурный
протест «принципиальное одобрение трансфера», а вот продажа мамашей ребеночка
в шахиды протеста вызвать не может, поскольку производится на уровне практическом,
а не идейном.
5. Эту особенность ДС можно понять, если
учесть, что ориентация в реальности, в т.ч. в причинно-следственных связях,
представляет для него непреодолимую трудность. Например, недостатки израильской
демократии выдаются за причину нескончаемой арабо-израильской войны, тогда
как на самом деле они нередко (хотя и не всегда) являются ее следствием.
Вот, пожалуй, и все, что можно вкратце сообщить
по данному вопросу. Автор выражает благодарность объекту исследования за
любезное предоставление интереснейших материалов по психологии и идеологии
европейской левой.
