Я внимательно прочитал статьи Аси Энтовой и Евгения
Манина ("ЕК", 10 апреля) и могу согласиться с редакцией: они, вероятно,
шокировали некоторых читателей. Шокировали, разумеется, не новизной проблем,
а перехватом аргументов у антисемитов. В "эксплуатации Катастрофы", в "завышении
цифр ее жертв", в "неуникальности ее" евреев упрекают давным-давно.
Я же не был шокирован по той причине, что читал
здесь, в Израиле, несколько статей, в которых верующие евреи ищут причины
Катастрофы в грехах ее жертв или их предков, а раввин Шломо Авинер, например,
видит смысл Катастрофы в том, что "народ Израиля был очень привязан к галуту,
и была необходимость в жестоком "вырывании" его из галута" ("Дни траура",
Маханаим, Иерусалим, 5758 (1998), с. 200). Эти взгляды я рассматриваю как
невежественные и аморальные.
Никакой новой правды о Холокосте в статье Аси Энтовой
я не нашел. Более того, ее "новые идеи" основываются на мифах и неправильных
умозаключениях.
Вопреки мнению А.Энтовой о том, что в Европе, в
странах-победительницах осознали масштабы трагедии и даже "постановили",
что антисемитизм несовместим с цивилизацией, на самом деле было нечто другое.
Антисемитизм расцвел пышным цветом. И бытовой, и государственный. Через
всю Польшу прокатились еврейские погромы. В СССР боролись с "космополитами",
уничтожали еврейскую культуру, выдающихся евреев. Не забудем и о "деле врачей".
В "странах народной демократии" прошли политические процессы с явным антисемитским
душком. А как издевались страны-победительницы над еврейскими беженцами,
стремившимися попасть в Палестину, тоже хорошо известно.
Далее, вопреки мнению А. Энтовой, государства мира
как раз таки никогда (или почти никогда) не считались с памятью жертв Катастрофы.
Достаточно вспомнить резолюции ООН за последние 55 лет относительно политики
Государства Израиль. Вспомним 1975 год, когда сионизм приравняли к расизму,
или конец мая 1967 года, когда ни одна страна в мире не одернула арабских
лидеров, открыто объявивших о своем намерении уничтожить Израиль.
Вопреки мнению А.Энтовой, ООН никогда не оказывала
милость Израилю и тем более "под влиянием осознания факта Катастрофы". В
политике, как правило, основой тех или иных решений являются интересы. Интересы
лиц, кланов, классов, наций, государственные или геостратегические интересы.
В то время Советскому Союзу и США необходимо было
вытеснить из Палестины Англию. Исходя из этих эгоистических интересов они
и действовали. Поэтому ни о какой "милости" не может быть и речи. Да и голосовали
в ООН не за Государство Израиль, а за раздел Палестины на два государства.
Прошло несколько месяцев, и антисемиты из госдепа
стали давить на Бен-Гуриона, чтобы он не провозглашал Государство Израиль.
А затем США не помогали Израилю в Войне за Независимость. И, наоборот; СССР,
исходя из своих интересов, оказывал ему помощь оружием и боеприпасами через
Чехословакию.
Не могу также согласиться с А.Энтовой в том, что
"похищение Эйхмана из Аргентины противоречило всем международным законам".
Эйхман для всего мира был не столько лицом, ответственным за гибель евреев,
сколько представителем гитлеровской верхушки, развязавшей войну против других
стран. Поэтому и отношение было соответствующим. (В скобках заметим, что
в прессе что-то не пишут о других нацистах, ответственных за Холокост и
осужденных в Израиле. А ведь уничтожением евреев занималась мощная государственная
машина, в нем участвовали тысячи людей.)
От мифов перейдем к странным умозаключениям А.Энтовой.
Оказывается, Катастрофа должна писаться с маленькой буквы. Почему? Потому
что "рухнул коммунизм", потому что "кончилась холодная война", потому что
"страны, владеющие атомным оружием, договорились между собой". На Украине
по поводу такой логики говорят. "В огороде бузина, а в Киеве дядька". Надо
обладать запредельным разумом, чтобы увидеть зависимость между крушением
коммунизма и уменьшением буквы "К". Разве уменьшились реальные масштабы
трагедии? Нет. Разве восстал из пепла материк еврейской культуры с ее носителями?
Нет. Так почему заглавная буква "К", которая и без того в минимальной степени
отражает боль той великой трагедии, должна стать строчной, "маленькой"?
Тема Катастрофы себя изжила", - пишет А. Энтова
и приводит примеры прямо противоположного свойства. Да, "сегодняшний...
взлет антисемитизма в Европе", "осуждение Израиля за минимальную самооборону",
"бойкот израильских товаров" действительно вызывают в памяти "расовые законы
Третьего рейха". Ну как в этом случае говорить о том, что "тема Катастрофы
себя изжила"? Наоборот, чтобы она не повторилась, мы и должны о ней помнить
и делать соответствующие выводы, которые в 30-х годах евреи, не имея этого
опыта, сделать не смогли.
Не менее странно выглядит и увязка Катастрофы с
трагедией в Кампучии, резней племен тутси и хугу, "мимикрирующей под катастрофу
проблемой палестинских арабов-беженцев". Получается, что если бы "мимикрии"
не было, то букву "К" можно было бы оставить большой, а так - напишем с
маленькой.
Убеждая нас, что Катастрофа осталась в прошлом
веке (с глаз долой - из сердца вон), но не считая этот "аргумент" достаточным,
А. Энтова зовет себе на подмогу свидетелей из "соседнего дома". Она говорит:
"Так или иначе, хотим мы этого или не хотим, но для всех, кроме нас, Катастрофа
стала достоянием истории, и тщательно возводимые ей мемориалы вызывают у
европейцев если не скуку, то прямое раздражение". Ну и что? Пусть раздражаются.
Я даже больше скажу. Многие и слышать о ней не хотят. И не хотели и двадцать,
и сорок, и пятьдесят лет тому назад. Что же из этого следует? Надо евреям
идти на поводу у этих невежд и антисемитов? По-моему, нет. Катастрофа -
это гибель огромной части еврейского народа, огромного пласта еврейской
культуры, которой так не хватает нам сегодня. Катастрофа - это гибель родственников
или знакомых, конкретных людей. Почему мы должны идти за мнением некоторых
не самых лучших представителей других народов, как предлагает нам Ася Энтова?
По-моему, не должны.
"Весь мир уже забыл о ней", - пишет Ася Энтова.
Ну, предположим, забыл. За прошедшие даже полтора десятка лет многие народы
пережили и войны, и трагедии, и катастрофы, например, на территории бывшей
Югославии или бывшего СССР, да и многих других стран, о чем в Израиле понятия
не имеют. Люди часто влачат нищенское, полуголодное существование в условиях
уголовного беспредела. Они имеют право не очень хорошо помнить о Катастрофе
европейского еврейства. А вот евреи - не имеют. Кстати, и в тех странах
- есть вполне достаточно нормальных и порядочных людей, которые прекрасно
помнят и знают, что происходило с евреями на оккупированных фашистами территориях.
Соглашусь с Асей Энтовой только в одном - "Невозможно
заставлять поколение, родившееся через 50 лет, чувствовать свою ответственность
за дела нацистов". И не через 50 лет тоже. По-моему, человек должен нести
ответственность за то преступление, которое совершил он сам. И никто в мире
не имеет права возлагать на него ответственность за преступления, совершенные
его соплеменниками или даже родственниками. Это касается не только евреев,
но и других народов мира. В общем, не могу я согласиться ни с оценкой послевоенного
мира, ни с аргументами, ни с умозаключениями, ни с выводами Аси Энтовой
относительно Катастрофы европейского еврейства.
Теперь о Государстве Израиль. На мой взгляд, нет
ничего плохого в том, что Герцпь обосновывал необходимость создания Государства
Израиль разгулом антисемитизма в европейских странах. Сегодня же, через
100 лет после Герцпя и 55 после создания Государства Израиль, по меньшей
мере странно обсуждать вопрос о "более глубоком обосновании нашего права
на жизнь именно на этой земле", как предлагает нам Ася Энтова. Ну, а критиковать
при этом сионистов XX века - вообще нонсенс. На мой взгляд, раз Государство
Израиль создано, раз здесь уже живут миллионы евреев, то любой человек,
любая организация, которая ставит под вопрос эти реалии, становятся преступными,
как если бы они ставили под вопрос существование Англии, Франции, США или
других стран. Мы здесь живем. Живем в государстве, давным-давно признанном
мировым сообществом. Все. Уже в сипу этого нам не нужно сегодня никаких
дополнительных обоснований. Ни полякам, ни немцам, ни американцам и в голову
не придет искать "более глубоких обоснований своего права на жизнь именно
на этой земле". Любой, кто покушается на их территорию, - агрессор. Точно
так же должны рассуждать и израильтяне. И, по-моему, большинство именно
так и рассуждает. Все же рассуждения Аси Энтовой о чеченцах или курдах не
имеют к Израилю ровным счетом никакого отношения.
На мой взгляд, обоснования создания Государства
Израиль были актуальны до мая 1948 года. Сегодня они сошли с повестки дня.
И если сегодня кто-то ставит под вопрос существование Государства Израиль,
он - преступник по определению. Сегодня имеется в наличии главное - Государство
Израиль и его граждане. И нам должно быть совершенно все равно, что думают
по этому поводу антисемиты. Что касается поисков "более глубокого обоснования
нашего права"; то Ася Энтова, конечно, имеет полное право на поиски. Но
встает вопрос: кому это нужно? Герцль, сионисты долго и упорно доказывали
руководителям европейских стран, американцам, международным организациям,
что в Палестине надо создать еврейское государство, и - доказали. Кто же
еще остался "неохваченным"? Кому нужно "более глубокое обоснование"? Нормальным
гражданам других стран вполне достаточно того, что Израиль существует. Антисемитов
же вообще никакими аргументами не переубедишь. Поэтому любые "более глубокие
обоснования" будут выглядеть как оправдания. Пора понять простую истину:
самоценность Государства Израиль не больше, но и не меньше самоценности
любого другого государства мира, от Японии до США. Самоценность - в смысле
права на существование, а не в каких-то других смыслах. Не могу я согласиться
и с последним тезисом Аси Энтовой. В самом конце статьи она утверждает,
что "без решения вопроса о том, какова наша дальнейшая цель, нам сегодня
не выжить"! Убежден, без решения этого вопроса мы выживем и сегодня, и завтра,
и послезавтра, и даже послепослезавтра.
Если верить Амосу Озу, в 50-х годах было очень
много мечтателей-евреев. Одни мечтали построить коммунизм сталинского толка,
другие - социализм, третьи - нормальное евпопейское государство, четвертые
мечтали о государстве Галахи. Прошло десять лет. Действительность разочаровала
всех. Люди жили лучше, чем десять лет назад, настроение же в обществе было
- наоборот. Даже иностранные журналисты это почувствовали. Более того, в
1966 году алия оказалась отрицательной (из страны уехало больше, чем приехало).
Еще больше на общественное настроение повлияло то, что алжирские евреи поехали
не в Израиль, а во Францию. И что же произошло дальше? А через год израильская
армия одержала такую победу в Шестидневной войне, какую одерживают только
раз в столетие. Конечно, прекрасно сработала израильская разведка. Вывод
простой - работать надо. И руками, и головой.
Может, я ошибаюсь, но евреи, по-моему, - не тот
народ, который можно объединить путем поиска "дальнейшей цели". Одни хотят
построить государство Галахи, другие - еврейское и демократическое, отделив
религию от государства. Как их объединить? Вот постановкой вопроса о "нашей
дальнейшей цели" углубить раскол между ними можно. Причем очень быстро.
Но разве нужны Израилю эти расколы перед обсуждением пресловутой "карты
дорог"? По-моему, нет.
Я не думаю, что если не будет сегодня определена
"наша дальнейшая цель", то "нам сегодня не выжить". Израиль, по-моему, достаточно
устойчивое государство. Израильтяне - достаточно прагматичный народ. В средствах
массовой информации, по-моему, слишком много истерики и мазохизма, но это
- другой вопрос. В заключение хотел бы отметить, что под Катастрофой я понимаю
именно физическое уничтожение еврейского народа в газовых камерах, расстрелы
у оврагов и траншей, смерть от голода и на каторжных работах, а не то, что
понимает под Катастрофой Ася Энтова - "лишение человека смысла жизни и сведение
его жизни к простому физическому выживанию". Если бы дело было так, как
представляет себе Ася Энтова, то, думаю, большинство евреев выжило бы. К
сожалению, евреев убивали.
"ЕК" 23 Мая 2003
