Глубокоуважаемый господин Тартаковский,
Пролистав Ваши статьи, у меня создалось впечатление,
что мы с Вами, размышляя о сегодняшнем Израиле, пишем о разных странах.
Оставим в покое недопустимый тон Вашей журналистики, поговорим о фактах,
ведь журнал, в котором мы с Вами печатаемся, именуется «Заметки по еврейской
истории», и уж хотя бы из уважения к его заглавию нам с Вами следует почитать
факты. Вы бережно ухаживаете за двумя мифами: 1) религиозные евреи не служат
в армии, 2) религиозные евреи – армия дармоедов. Поговорим о каждом из них
в отдельности:
1. Не так давно крупный чиновник киббуцного движения
г-н Маршак (ответственный за призывную работу в киббуцах) призвал своих
подопечных (через газету и радио) немедленно прекратить отлынивать от службы
в армии. Заявил он буквально следующее: «сегодня 60% контингента элитных
частей составляют вязаные кипы. И цифра эта непрерывно растет. Мы не позволим
религиозникам овладеть нашей народной армией». Я было подумал, что г-н Маршак
преувеличивает, сгущает, так сказать, краски, но вот мне пришлось побывать
на присяге одной из элитнейших частей армии, я не поленился подсчитать кипастые
головы, и выяснилось, что мэтр Маршак, скорее преуменьшает грозящую стране
опасность - 70% призывников (по весьма представительной выборке) носили
кипы разного цвета размера и формата (включая самые что ни на есть черные).
А ведь религиозные люди составляют не более 20% населения страны. Впору
было мне подумать, а почему это мои дети должны защищать этих откормленных
безбожников, которые не только Тору прочитать не могут, но и автомата в
руках держать не хотят? Мысли такие я от себя старательно гоню, и расцветать
им не даю, зачем же холить в душе злобу и ненависть к другому, непохожему
на меня? Может быть этот другой пацифист, и дал зарок не держать в руках
оружия? Так уж и быть придется его оборонять от супостата.
Ну, допустим, с вязаными кипами г-н Тартаковский
(к слову сказать, в выполнении заповедей вязаные кипы ничуть не менее рьяны
чем черные), еще согласен мириться, но уж человек в черной кипе – заведомый
уклонист. И тут дело на поверку оказывается обстоит не так-то просто. Наиболее
многочисленные черные кипы – хабадники - как назло, почти поголовно служат
в армии. Любавичкий Ребе был не против службы в ЦАХАЛе. На Храмовую Гору
одним из первых поднялся десантник - хабадник, мой сосед хабадник до 50
лет хаживал в милуим. Да и ШАСовцы в массе своей служат в армии (внук рава
Овадии Йосефа – десантник), и некоторые хасидские дворы не брезгуют службой
в армии. И недавно созданное подразделение «Нахаль Хареди» не жалуется на
нехватку призывников. Я вот тоже человек в черной кипе и с длинными пейсами
после полного рабочего дня скачу с карабином в силах гражданской самообороны
своего поселения (особо отмечу, что я терпеть не могу все сколь-нибудь связанное
с армейскими институтами). И раввин соседнего поселения – полковник, несмотря
на изрядный возраст все еще призывающийся в милуим. Так, что и тут дело
не так то просто. Просто - облить людей грязью – это дело несложное.
Среди светских граждан страны, как и среди религиозных
есть милитаристы и пацифисты, святые и грешные, это все такие банальности.
Все эти дурацкие проценты, которые я привел выше ничего никому не доказывают,
важно не создавать стереотипов, а то ведь распаляясь можно ненароком и самому
уверовать в свежевылепленный образ врага.
2. Миф второй – религиозный еврей тунеядец и дармоед,
причем особую ненависть у г-на Тартаковского вызывают ШАСовцы. Я знаком
с рядовым избирателем ШАСа не понаслышке; я пять с лишним лет молился в
сефардской синагоге с людьми, носящими черную бархатную кипу. Средний, с
позволения сказать, ШАСовец, как правило, водопроводчик, грузчик, слесарь
или садовник. Иначе говоря, та категория людей, о которых в России говорили
«простой человек». Не секрет, что образовательный ценз сефардского населения
в 60-80е годы был не слишком высок. Среднестатистический ШАСовец вкалывает
как вол, молится еврейскому Б-гу и голосует за Эли Ишая напрямую и рава
Овадию Йосефа косвенно. Верно, что элита ШАСа не сеет и не жнет, но ведь
Томми Лапид, Омри Шарон и Пнина Розенблюм тоже не сеют и не жнут, не так
ли?
Шасовцы это именно те люди, которых Маркс именовал
трудовой народ (к интеллигенции марксисты кажется относились с некоторым
подозрением). Я нисколько не являюсь поклонником идеологии движения ШАС,
мне не близки сефардская культура и психология, но обвинить ШАС в дармоедстве
может лишь только человек, совершенно не знакомый с истинным положением
дел. ШАСовцы, некоторая часть русской алии, арабы и таиландцы и есть те
группы населения, которые заняты черным трудом. А голосуют ШАСовцы за того,
за кого они хотят, симпатичны мне их лидеры или нет.
Ну, а среди вязаных кип так и вовсе не сыкать безработного
– это Вам, г-н Тартаковский, видимо известно, ибо почтение к труду входит
в число духовных приоритетов движения Мизрахи. И хабадники, и вижницкие
и гурские хасиды дружно вкалывают. Все это Вам известно, и однажды Вы проговариваетесь,
что раздражение у Вас вызывает выражение лица человека в капоте. В самом
деле, человек отвечает за выражение своего лица, и мне, представьте себе,
это выражение лица нравится. Я часто приезжаю в Бней Брак или Меа Шеарим,
чтобы просто посмотреть на эти лица. Исаак Башевис Зингер, глядя на пейсатых
свинофобов, сказал как-то – эти люди единственное доказательство существования
Вс-вышнего, никакая эволюция не могла создать их такими, как они есть. Не
требуется слишком глубокая рефлексия, чтобы понять, что неприятие выражения
еврейской физиономии – не что иное как кондовый антисемитизм.
3. Глубокое заблуждение – представлять Израиль,
разделенным на религиозную и нерелигиозную общины. Существует огромная «серая»
общность людей (я произношу здесь слово «серая» без тени уничижительного
смысла) для которых Суббота, Йом-Киппур, девятое Ава, Бар Мицва, Брит –
многое значат. Именно благодаря этим людям, скрепляющим распадающуюся социальную
ткань страны, и существует Израиль. Тон и содержание журналистики г-на Тартаковского
оскорбительны для этих людей не менее чем для человека в кипе или капоте.
Мезуза, тфилин, Тора и Талмуд для них бытийны, экзистенциальны, это те милые
мелочи, за которые отдают жизнь. Этим людям отчего-то не хочется, чтобы
гигантское духовное и интеллектуальное здание иудаизма передовой журналист
сводил к примитивным табу. Все эти символы ничего не значат для двух категорий
населения: левой израильской интеллигенции и значительной части интеллигенции,
прибывшей из стран бывшего СССР. Таково реальное положение вещей, но выводы
из него можно сделать самые различные.
4. Религиозный Израиль, как и все государство Израиль
переживает глубокий и многосторонний кризис. Кризис переживает и русскоязычная
община страны, в массе своей нерелигиозная. Я не собираюсь его обсуждать
в этой заметке. Мне ясно одно: немалая часть публицистов, на самом деле
совершенно не знакомая с религиозным Израилем, выработавшая образ кипастого
дармоеда, вымогателя и дезертира, напрямую ответственна за углубление раскола
в обществе. Их деятельность уже приносит свои плоды. Недавно, выйдя в Субботу
погулять, я услышал в свой адрес от подростка – «вонючий дос», по-видимому,
ему как и г-ну Тартаковскому не понравилось выражение моего лица. Надо было
мне отцу четырех детей, доктору наук приехать в Израиль, чтобы наконец услышать
в свой адрес и следующее: «жидовский тунеядец». Я, слава Б-гу, еще в летах,
позволяющих за себя постоять, и рука у меня тяжелая, а вот как быть тем,
кто постарше, возвращаться на Украину и в Россию, жаловаться в полицию?
Попутно отмечу, что в моем Ариэле 20 000 жителей и 8 (!) магазинов, торгующих
свининой, и все лавки в Субботу открыты, так, что едва ли начитавшася г-на
Тартаковского молодежь так уж ущемлена моим субботним ничегонеделанием.
