Максим Рейдерман
Тема, о которой пойдет речь, была от меня достаточно далека, пока я не познакомился с книгой Джейн Медавар (жены ныне покойного Нобелевского лауреата иммунолога Питера Медавара) и члена Королевского Общества врачей Дэвида Пайка "Подарок от Гитлера", изданной в Лондоне в 2001 году. Меня поразили цифры: с 1901 по 1933 немецкие ученые получили 33 Нобелевских премии из 100, в то время как британские – 18, а американские всего 6, и как круто все переменилось с тех пор! Мы свидетели того звездопада высших научных наград, которые сыплются на ученых из Соединенных Штатов в последние десятилетия, в то время как немецкая наука упорно плетется за ними в хвосте. Иными словами, немцы еще до сих пор не могут опомниться от того удара, который нацисты нанесли собственной науке, начиная с 1933 года.
В этой же книге приводится и другая группа цифр. После прихода Гитлера к власти из Германии эмигрировало в Великобританию, США и ряд других стран более 2500 ученых, из которых впоследствии 20 получили Нобелевские премии, а около 50 стало членами Королевского Общества Британии, что примерно соответствует званию академиков по Российским меркам. Будучи врачом, я наблюдаю за американизацией науки, когда даже международные конгрессы ведутся в Германии не на двух языках – страны-хозяина и английском, а уже только на одном английском языке. Конечно, Германию покидали в то время в основном еврейские ученые (среди немецких Нобелевских лауреатов их было 25%), но пострадала вся наука в целом и на многие дсятилетия, а быть может и навсегда.
Полагаю, что некоторые материалы об этих изгнанниках заслуживают публикации по-русски. Как врач, я буду писать только о лицах моей специальности. О физиках итак уже много писалось. Начинаю с Ганса Кребса. "Цикл Кребса" я изучал на 2 курсе, не имея понятия о том, кто же был этот исследователь.
Сначала краткая цитата из одной современной немецкой энциклопедии:
«КРЕБС,сэр, Ганс Адольф (1900-1981), родившийся в Германии британский биохимик и Нобелевский лауреат, которому удалось сделать фундаментальное открытие процессов, происходящих в организме. Кребс родился в Хильдесхайме, учился в университетах Гёттингена, Фрайбурга, Мюнхена, Берлина и Гамбурга. С 1925 по 1930 г. был научным ассистентом в институте Императора Вильгельма (Берлин).После кратковременной работы во Фрайбургском университете оставил нацистскую Германию и поселился в Англии....»
Нам посчастливилось познакомиться с книгой воспоминаний сэра Кребса, вышедшей в Британии в 1981 г., пока еще на немецкий язык не переведенной, и вслед за тем появилось желание расшифровать, что скрывается за стыдливой формулой «оставил и поселился».
Нобелевский лауреат Кребс действительно родился в Хильдесхайме близ Ганновера, в городе, который был им нежно любим всю жизнь, в семье врача- отолляринголога. Его отец был большим патриотом Германии, происходил из еврейской семьи. Дети приучались к скромному образу жизни, самодисциплине и к приоритетам интеллектуальных ценностей над материальными, воспитывались в любви к природе, к наукам и искусствам. В гимназии юный Кребс получил хорошее гуманитарное образование даже с некоторым ущербом для естествоведческих наук – химии и физики. Но в «Илиаде» Гомера он обратил особое внимание на то место, где греческие воины призывали в первую очередь спасти жизнь раненному врачу, т.к. эта не одна жизнь, а жизнь для многих. Он хотел стать, как и отец, врачом.
В сентябре 1918 г гимназист Кребс был призван в немецкую армию, но прослужил недолго, т.к. война вскоре закончилась поражением Германии.
В Германии принято, чтобы студент изучал свою специальность не в одном, а в нескольких университетах. Кребс поступил на медицинский факультет в Гёттингене, но затем перешел в знаменитый Фрайбургский университет, где работало много ученых с мировым именем. Они привлекали студентов к своим научным разработкам, и в 1923 г. студент Кребс опубликовал свою первую самостоятельную статью в научном журнале о теоретических проблемах окраски гистологических препаратов.
В том же году Кребс закончил свое университетское образование и получил сначала бесплатную должность врача в Берлине, живя в это время на деньги, присылаемые отцом (мать стала жертвой пандемии гриппа «испанки» в 1919 г.). Поэтому огромной удачей для Кребса было получение в 1925 г. рабочего места в Институте Императора Вильгельма в Берлине в лаборатории знаменитого биохимика, будущего Нобелевского лауреата (1931) Отто Варбурга. Здесь он проработал 4 года и здесь он сложился как ученый. Варбург занимался клеточным дыханием, изобрел аппараты для измерения ничтожных количеств газов, выделяемых тканями и клетками. (Я еще застал эти громоздкие и хрупкие, заполненные ртутью «аппараты Варбурга» в киевских клиниках после войны).Внешне научные успехи Кребса в этот период были скромными, но он «приобрел школу»,которую высоко ценил всю жизнь. Почему Варбург расстался с Кребсом- неясно: то ли тот считал его недостаточно способным, то ли сыграл свою роль национальный вопрос, который к этому времени стал в Германии болевой точкой. Официальный мотив – желание шефа обновить состав сотрудников за счет притока молодых сил.
В апреле 1931 года Кребс получил приглашение на работу от известного специалиста по заболеваниям эндокринных желез Таннгаузера в г. Фрайбург.Во Фрайбургском университете работало много крупных ученых, три Нобелевских лауреата, крупнейший патолог Ашоф, царила творческая атмосфера. Лечебная работа сочеталась здесь с лабораторными исследованиями, что приносило молодому Кребсу большое удовлетворение. Он привез подаренное ему Варбургом лабораторное оборудование, получил грант от Рокфеллеровского фонда и занялся исследованиями обмена белков, применяя новые биохимические методы. Уже первый исследовательский проект принес неожиданный успех. Кребсу удалось раскрыть механизм синтеза мочевины в печени, благодаря которому из организма удаляется ядовитый аммиак и другие соединения азота, образующиеся при распаде белков. Этот синтез протекал циклически, т.е. на «конвейере» синтезировалась мочевина, удалялась c мочой, а клетка была вновь готова к приему следующей порции ядовитых «шлаков» белкового обмена. Это был первый из открытых позднее универсальных циклических внутриклеточных процессов, что имело не только теоретическое, но и практическое значение. Достаточно сказать, что при многих болезнях печени и почек накопление внутренних ядов белкового происхождения приводит к гибели больного.
Опубликование этого талантливого исследования принесло автору европейскую известность. Оно стало его докторской диссертацией. 22 декабря 1932 г. диссертация была утверждена. Кребс стал получать приглашения из различных немецких университетов для чтения лекций о синтезе мочевины, его доклады на научных съездах вызывали живой интерес и принесли множество знакомств в научном мире. Декан факультета представил его к повышению на должность приват-доцента и дал Кребсу блестящую рекомендацию в адрес министра культуры (текст ее сохранился).
Однако этому уже не суждено было сбыться.
30 январе 1933 г. Гитлер стал рейхсканцлером. Всё сразу изменилось. Некоторые коллеги по университету появились на работе в нацистской униформе. Уже 1 апреля 1933 г. правительство объявило бойкот еврейских магазинов.7 апреля был издан указ о запрете «неарийцам» (независимо от конфессиональной принадлежности) занимать должности в государственных учреждениях, к которым относились также и университеты. Через пять дней, 12 апреля, Кребс получил от того же декана, который только недавно его так блестяще рекомендовал, следующее извещение в три строки:
„В соответствии с указанием академического ректората, я сообщаю Вам, что на основании решения А Nr 7642 Вы отправлены в бессрочный отпуск".
А через несколько дней пришло сообщение об окончательном увольнении с 1.07.33. Последняя запись Кребса в лабораторном журнале была датирована 11.апреля. Так молодой преуспевающий тридцатитрехлетний ученый очутился без работы. Вход в лабораторию был ему заказан. Он успел забрать последние лабораторные журналы и по их результатам направил в журнал последнюю публикацию, ожидая дальнейшего развития событий. Ему не верилось, что новые властители Германии смогут долго продержаться.
Между тем положение евреев в Германии продолжало ухудшаться. Особенно бесчинствовали студенческие нацистские организации, которые расклеивали в университете антисемитские плакаты. В них, в частности, содержались такие перлы: «Еврей может мыслить только как еврей. Если он пишет по-немецки, он лжет. Немец, который пишет по-немецки, но мыслит не по-немецки – предатель. Студент, который пишет и мыслит не по-немецки неумен и не соответствует своим задачам.» И далее: «Еврейские работы должны публиковаться только на иврите. Если они напечатаны по-немецки, их следует рассматривать как переводные.» Ректор университета проф. Мёллендорф велел эти плакаты сорвать, но лишился за это своей должности, а пришедший на его место известный философ Хайдеггер был ярым почитателем Гитлера. Журналы Германии перестали печатать статьи «неарийских» авторов. Составлялись списки авторов, чьи статьи не следовало принимать в немецкие журналы (sдmtliche Juden und jьdisch versippten). Т.е. всех евреев и породненных с евреями.
А 15 июля 1933 Кребс был официально уведомлен об аннулировании его лицензии на преподавание (Lehrbefugnis).
В этом отчаянном положении глотком кислорода оказалось письмо от известного венгерского биохимика Сент-Гьорги (нобелевский лауреат 1937 г.) , который посоветовал Кребсу обратиться в Англию, в Кембридж, где по его сведениям, к нему обещали отнестись в нынешней ситуации c максимальным пониманием. И, действительно, на осторожный запрос Кребса пришел быстрый ответ с обещанием по возможности устроить его на работу и с сообщением о создании в Англии фонда помощи беженцам из нацистской Германии. Это ускорило решение Кребса. Через своих бывших сотрудников ему удалось забрать из лаборатории необходимое оборудование, которое он получил за счет Рокфеллеровского фонда. Оно уместилось в16 ящиках.
Еще не заручившись никаким твердым обещанием из Англии, Кребс принял решение уехать, о чем он никогда не пожалел. Ему не удалось даже проститься с отцом и его новой семьей. Отца он так больше и не увидел.
В прощальном письме отец одобрил планы сына и сам лишенный работы просил его заботиться о своей второй жене и сводной сестре.
В Британию изгнанник прибыл почти без денег. Ему было предложено скромное место в Кембридже, и при поддержке Рокфеллеровского фонда он уже через три недели смог возобновить свои исследования. Он обучал английских биохимиков работе на аппаратах Варбурга. Т. е. в свою очередь, оказывали ему помощь в овладении английским, правили рукописи его работ. Из под пера Кребса вскоре вышло несколько ценных статей, посвященных синтезу мочевины у птиц и клеточному дыханию
В 1935 году Кребс получил лабораторию и должность лектора по фармакологии в Шеффилде. Здесь он обосновался прочно, создал большой коллектив сотрудников и проработал 19 лет. Отсюда вышли его главные исследования. В Шеффилде Кребс женился на англичанке. У них родилось трое детей.
О том, что пища является источником энергии для человека и животных, известно cо времен Лавуазье каждому. Пища «сгорает», выделяя энергию. Но как это сгорание происходит, до Кребса не знал никто. Некоторым исследователям удалось понять отдельные фрагменты этого процесса, при котором происходит постепенное окисление углеводов , жиров и отчасти белков до углекислоты и воды, но общую последовательность раскрыл лишь Кребс. Это многоэтапный процесс, протекающий циклически с участием целого каскада ферментов. Свой отчет об этом открытии автор послал в журнал Nature,но получил вежливый отказ. Работа была полностью опубликована в голландском журнале Enzymologia уже через два месяца и получила всеобщее признание, а в 1953 г. отмечена Нобелевской премией ( вместе с Ф. Липманном).
Цикл Кребса вошел во все учебники биохимии. Ученый получил должность профессора биохимии сначала в Шеффилдском, а затем в Оксфордском университете. Королева присвоила ему рыцарское звание.
По свидетельствам современников, Кребс в жизни был очень скромным, невысокого роста человеком, всецело отданным своей работе. Он обладал здоровым чувством юмора, о чем свидетельствуют два эпизода из его мемуаров. Когда на пресс-конференции после вручения Нобелевской премии Кребса спросили, что он намерен сделать с полученной суммой, он ответил: «Я давно мечтал приобрести себе хорошую наливную ручку». На следующий день представитель одной фирмы преподнес Кребсу великолепный набор ручек «Монблан». По его словам также, одна студентка попросила у него пять автографов. Он спросил ее, зачем такое количество. Та ответила: «Я собираю автографы поп-звёзд. Ваши нужны мне для обмена». «И какой же эквивалент при обмене?»,- поинтересовался Кребс. Та ответила: «За один автограф поп-звезды требуют пять автографов Нобелевских лауреатов». Если это даже неправда, то это хорошо рассказано, говорит итальянская пословица.
После войны постепенно возобновились контакты Кребса с его коллегами в Германии. В 1949 г. он посетил Германию после 16 лет изгнания для участия в биохимическом конгрессе. В 1953 г. его поздравил декан медицинского факультета Фрайбургского университета с получением Нобелевской премии и выразил сожаление по поводу печальных обстоятельств, которые заставили Кребса покинуть Германию в 1933 г. Совет факультета присвоил Кребсу и его учителю Таннгаузеру, эмигрировавшему в США, звания почетных докторов Фрайбургского университета. Биохимической лаборатории в присутствии сэра Кребса и его жены леди Маргарет было присвоено имя Кребса и установлена мемориальная доска. Кребс выполнил просьбу своего отца и разыскал его вторую жену со сводной сестрой, которых во времена нацизма укрывали крестьяне одной из деревень вблизи Хильдесхайма. Сэр Кребс вышел на пенсию в 1967 году, но продолжал творческую деятельность. Известны его книга-размышление Reminiscences and reflections(1981) и монография о главном учителе Отто Варбурге. Кребс скончался в 1981 г.
Ссылки
1. Decher H. Hans Adolf Krebs. Ein genialer Biochemiker.Freiburg.Falk Foundation,2001
2. Kornberg H., Williamson D.H. Hans Adolf Krebs. In: Biographical Memoirs of Fellows of Royal Society.1984,vol.30, p.349-386.
3. Krebs H.A. Reminiscenses and reflections.Oxford University Press.1981.
4. Medawar J., Pyke D. Hitlers gift.Scientists who fled nazi Germany. Piatus Ltd.London,2000.
ИЗГНАННИКИ.
КРАТКОЕ ВВЕДЕНИЕ
Тема, о которой пойдет речь, была от меня достаточно далека, пока я не познакомился с книгой Джейн Медавар (жены ныне покойного Нобелевского лауреата иммунолога Питера Медавара) и члена Королевского Общества врачей Дэвида Пайка "Подарок от Гитлера", изданной в Лондоне в 2001 году. Меня поразили цифры: с 1901 по 1933 немецкие ученые получили 33 Нобелевских премии из 100, в то время как британские – 18, а американские всего 6, и как круто все переменилось с тех пор! Мы свидетели того звездопада высших научных наград, которые сыплются на ученых из Соединенных Штатов в последние десятилетия, в то время как немецкая наука упорно плетется за ними в хвосте. Иными словами, немцы еще до сих пор не могут опомниться от того удара, который нацисты нанесли собственной науке, начиная с 1933 года.
В этой же книге приводится и другая группа цифр. После прихода Гитлера к власти из Германии эмигрировало в Великобританию, США и ряд других стран более 2500 ученых, из которых впоследствии 20 получили Нобелевские премии, а около 50 стало членами Королевского Общества Британии, что примерно соответствует званию академиков по Российским меркам. Будучи врачом, я наблюдаю за американизацией науки, когда даже международные конгрессы ведутся в Германии не на двух языках – страны-хозяина и английском, а уже только на одном английском языке. Конечно, Германию покидали в то время в основном еврейские ученые (среди немецких Нобелевских лауреатов их было 25%), но пострадала вся наука в целом и на многие дсятилетия, а быть может и навсегда.
Полагаю, что некоторые материалы об этих изгнанниках заслуживают публикации по-русски. Как врач, я буду писать только о лицах моей специальности. О физиках итак уже много писалось. Начинаю с Ганса Кребса. "Цикл Кребса" я изучал на 2 курсе, не имея понятия о том, кто же был этот исследователь.
История 1. Ганс Адольф Кребс
Сначала краткая цитата из одной современной немецкой энциклопедии:
«КРЕБС,сэр, Ганс Адольф (1900-1981), родившийся в Германии британский биохимик и Нобелевский лауреат, которому удалось сделать фундаментальное открытие процессов, происходящих в организме. Кребс родился в Хильдесхайме, учился в университетах Гёттингена, Фрайбурга, Мюнхена, Берлина и Гамбурга. С 1925 по 1930 г. был научным ассистентом в институте Императора Вильгельма (Берлин).После кратковременной работы во Фрайбургском университете оставил нацистскую Германию и поселился в Англии....»
Нам посчастливилось познакомиться с книгой воспоминаний сэра Кребса, вышедшей в Британии в 1981 г., пока еще на немецкий язык не переведенной, и вслед за тем появилось желание расшифровать, что скрывается за стыдливой формулой «оставил и поселился».
Нобелевский лауреат Кребс действительно родился в Хильдесхайме близ Ганновера, в городе, который был им нежно любим всю жизнь, в семье врача- отолляринголога. Его отец был большим патриотом Германии, происходил из еврейской семьи. Дети приучались к скромному образу жизни, самодисциплине и к приоритетам интеллектуальных ценностей над материальными, воспитывались в любви к природе, к наукам и искусствам. В гимназии юный Кребс получил хорошее гуманитарное образование даже с некоторым ущербом для естествоведческих наук – химии и физики. Но в «Илиаде» Гомера он обратил особое внимание на то место, где греческие воины призывали в первую очередь спасти жизнь раненному врачу, т.к. эта не одна жизнь, а жизнь для многих. Он хотел стать, как и отец, врачом.
В сентябре 1918 г гимназист Кребс был призван в немецкую армию, но прослужил недолго, т.к. война вскоре закончилась поражением Германии.
В Германии принято, чтобы студент изучал свою специальность не в одном, а в нескольких университетах. Кребс поступил на медицинский факультет в Гёттингене, но затем перешел в знаменитый Фрайбургский университет, где работало много ученых с мировым именем. Они привлекали студентов к своим научным разработкам, и в 1923 г. студент Кребс опубликовал свою первую самостоятельную статью в научном журнале о теоретических проблемах окраски гистологических препаратов.
В том же году Кребс закончил свое университетское образование и получил сначала бесплатную должность врача в Берлине, живя в это время на деньги, присылаемые отцом (мать стала жертвой пандемии гриппа «испанки» в 1919 г.). Поэтому огромной удачей для Кребса было получение в 1925 г. рабочего места в Институте Императора Вильгельма в Берлине в лаборатории знаменитого биохимика, будущего Нобелевского лауреата (1931) Отто Варбурга. Здесь он проработал 4 года и здесь он сложился как ученый. Варбург занимался клеточным дыханием, изобрел аппараты для измерения ничтожных количеств газов, выделяемых тканями и клетками. (Я еще застал эти громоздкие и хрупкие, заполненные ртутью «аппараты Варбурга» в киевских клиниках после войны).Внешне научные успехи Кребса в этот период были скромными, но он «приобрел школу»,которую высоко ценил всю жизнь. Почему Варбург расстался с Кребсом- неясно: то ли тот считал его недостаточно способным, то ли сыграл свою роль национальный вопрос, который к этому времени стал в Германии болевой точкой. Официальный мотив – желание шефа обновить состав сотрудников за счет притока молодых сил.
В апреле 1931 года Кребс получил приглашение на работу от известного специалиста по заболеваниям эндокринных желез Таннгаузера в г. Фрайбург.Во Фрайбургском университете работало много крупных ученых, три Нобелевских лауреата, крупнейший патолог Ашоф, царила творческая атмосфера. Лечебная работа сочеталась здесь с лабораторными исследованиями, что приносило молодому Кребсу большое удовлетворение. Он привез подаренное ему Варбургом лабораторное оборудование, получил грант от Рокфеллеровского фонда и занялся исследованиями обмена белков, применяя новые биохимические методы. Уже первый исследовательский проект принес неожиданный успех. Кребсу удалось раскрыть механизм синтеза мочевины в печени, благодаря которому из организма удаляется ядовитый аммиак и другие соединения азота, образующиеся при распаде белков. Этот синтез протекал циклически, т.е. на «конвейере» синтезировалась мочевина, удалялась c мочой, а клетка была вновь готова к приему следующей порции ядовитых «шлаков» белкового обмена. Это был первый из открытых позднее универсальных циклических внутриклеточных процессов, что имело не только теоретическое, но и практическое значение. Достаточно сказать, что при многих болезнях печени и почек накопление внутренних ядов белкового происхождения приводит к гибели больного.
Опубликование этого талантливого исследования принесло автору европейскую известность. Оно стало его докторской диссертацией. 22 декабря 1932 г. диссертация была утверждена. Кребс стал получать приглашения из различных немецких университетов для чтения лекций о синтезе мочевины, его доклады на научных съездах вызывали живой интерес и принесли множество знакомств в научном мире. Декан факультета представил его к повышению на должность приват-доцента и дал Кребсу блестящую рекомендацию в адрес министра культуры (текст ее сохранился).
Однако этому уже не суждено было сбыться.
30 январе 1933 г. Гитлер стал рейхсканцлером. Всё сразу изменилось. Некоторые коллеги по университету появились на работе в нацистской униформе. Уже 1 апреля 1933 г. правительство объявило бойкот еврейских магазинов.7 апреля был издан указ о запрете «неарийцам» (независимо от конфессиональной принадлежности) занимать должности в государственных учреждениях, к которым относились также и университеты. Через пять дней, 12 апреля, Кребс получил от того же декана, который только недавно его так блестяще рекомендовал, следующее извещение в три строки:
„В соответствии с указанием академического ректората, я сообщаю Вам, что на основании решения А Nr 7642 Вы отправлены в бессрочный отпуск".
А через несколько дней пришло сообщение об окончательном увольнении с 1.07.33. Последняя запись Кребса в лабораторном журнале была датирована 11.апреля. Так молодой преуспевающий тридцатитрехлетний ученый очутился без работы. Вход в лабораторию был ему заказан. Он успел забрать последние лабораторные журналы и по их результатам направил в журнал последнюю публикацию, ожидая дальнейшего развития событий. Ему не верилось, что новые властители Германии смогут долго продержаться.
Между тем положение евреев в Германии продолжало ухудшаться. Особенно бесчинствовали студенческие нацистские организации, которые расклеивали в университете антисемитские плакаты. В них, в частности, содержались такие перлы: «Еврей может мыслить только как еврей. Если он пишет по-немецки, он лжет. Немец, который пишет по-немецки, но мыслит не по-немецки – предатель. Студент, который пишет и мыслит не по-немецки неумен и не соответствует своим задачам.» И далее: «Еврейские работы должны публиковаться только на иврите. Если они напечатаны по-немецки, их следует рассматривать как переводные.» Ректор университета проф. Мёллендорф велел эти плакаты сорвать, но лишился за это своей должности, а пришедший на его место известный философ Хайдеггер был ярым почитателем Гитлера. Журналы Германии перестали печатать статьи «неарийских» авторов. Составлялись списки авторов, чьи статьи не следовало принимать в немецкие журналы (sдmtliche Juden und jьdisch versippten). Т.е. всех евреев и породненных с евреями.
А 15 июля 1933 Кребс был официально уведомлен об аннулировании его лицензии на преподавание (Lehrbefugnis).
В этом отчаянном положении глотком кислорода оказалось письмо от известного венгерского биохимика Сент-Гьорги (нобелевский лауреат 1937 г.) , который посоветовал Кребсу обратиться в Англию, в Кембридж, где по его сведениям, к нему обещали отнестись в нынешней ситуации c максимальным пониманием. И, действительно, на осторожный запрос Кребса пришел быстрый ответ с обещанием по возможности устроить его на работу и с сообщением о создании в Англии фонда помощи беженцам из нацистской Германии. Это ускорило решение Кребса. Через своих бывших сотрудников ему удалось забрать из лаборатории необходимое оборудование, которое он получил за счет Рокфеллеровского фонда. Оно уместилось в16 ящиках.
Еще не заручившись никаким твердым обещанием из Англии, Кребс принял решение уехать, о чем он никогда не пожалел. Ему не удалось даже проститься с отцом и его новой семьей. Отца он так больше и не увидел.
В прощальном письме отец одобрил планы сына и сам лишенный работы просил его заботиться о своей второй жене и сводной сестре.
В Британию изгнанник прибыл почти без денег. Ему было предложено скромное место в Кембридже, и при поддержке Рокфеллеровского фонда он уже через три недели смог возобновить свои исследования. Он обучал английских биохимиков работе на аппаратах Варбурга. Т. е. в свою очередь, оказывали ему помощь в овладении английским, правили рукописи его работ. Из под пера Кребса вскоре вышло несколько ценных статей, посвященных синтезу мочевины у птиц и клеточному дыханию
В 1935 году Кребс получил лабораторию и должность лектора по фармакологии в Шеффилде. Здесь он обосновался прочно, создал большой коллектив сотрудников и проработал 19 лет. Отсюда вышли его главные исследования. В Шеффилде Кребс женился на англичанке. У них родилось трое детей.
О том, что пища является источником энергии для человека и животных, известно cо времен Лавуазье каждому. Пища «сгорает», выделяя энергию. Но как это сгорание происходит, до Кребса не знал никто. Некоторым исследователям удалось понять отдельные фрагменты этого процесса, при котором происходит постепенное окисление углеводов , жиров и отчасти белков до углекислоты и воды, но общую последовательность раскрыл лишь Кребс. Это многоэтапный процесс, протекающий циклически с участием целого каскада ферментов. Свой отчет об этом открытии автор послал в журнал Nature,но получил вежливый отказ. Работа была полностью опубликована в голландском журнале Enzymologia уже через два месяца и получила всеобщее признание, а в 1953 г. отмечена Нобелевской премией ( вместе с Ф. Липманном).
Цикл Кребса вошел во все учебники биохимии. Ученый получил должность профессора биохимии сначала в Шеффилдском, а затем в Оксфордском университете. Королева присвоила ему рыцарское звание.
По свидетельствам современников, Кребс в жизни был очень скромным, невысокого роста человеком, всецело отданным своей работе. Он обладал здоровым чувством юмора, о чем свидетельствуют два эпизода из его мемуаров. Когда на пресс-конференции после вручения Нобелевской премии Кребса спросили, что он намерен сделать с полученной суммой, он ответил: «Я давно мечтал приобрести себе хорошую наливную ручку». На следующий день представитель одной фирмы преподнес Кребсу великолепный набор ручек «Монблан». По его словам также, одна студентка попросила у него пять автографов. Он спросил ее, зачем такое количество. Та ответила: «Я собираю автографы поп-звёзд. Ваши нужны мне для обмена». «И какой же эквивалент при обмене?»,- поинтересовался Кребс. Та ответила: «За один автограф поп-звезды требуют пять автографов Нобелевских лауреатов». Если это даже неправда, то это хорошо рассказано, говорит итальянская пословица.
После войны постепенно возобновились контакты Кребса с его коллегами в Германии. В 1949 г. он посетил Германию после 16 лет изгнания для участия в биохимическом конгрессе. В 1953 г. его поздравил декан медицинского факультета Фрайбургского университета с получением Нобелевской премии и выразил сожаление по поводу печальных обстоятельств, которые заставили Кребса покинуть Германию в 1933 г. Совет факультета присвоил Кребсу и его учителю Таннгаузеру, эмигрировавшему в США, звания почетных докторов Фрайбургского университета. Биохимической лаборатории в присутствии сэра Кребса и его жены леди Маргарет было присвоено имя Кребса и установлена мемориальная доска. Кребс выполнил просьбу своего отца и разыскал его вторую жену со сводной сестрой, которых во времена нацизма укрывали крестьяне одной из деревень вблизи Хильдесхайма. Сэр Кребс вышел на пенсию в 1967 году, но продолжал творческую деятельность. Известны его книга-размышление Reminiscences and reflections(1981) и монография о главном учителе Отто Варбурге. Кребс скончался в 1981 г.
Ссылки
1. Decher H. Hans Adolf Krebs. Ein genialer Biochemiker.Freiburg.Falk Foundation,2001
2. Kornberg H., Williamson D.H. Hans Adolf Krebs. In: Biographical Memoirs of Fellows of Royal Society.1984,vol.30, p.349-386.
3. Krebs H.A. Reminiscenses and reflections.Oxford University Press.1981.
4. Medawar J., Pyke D. Hitlers gift.Scientists who fled nazi Germany. Piatus Ltd.London,2000.