©"Заметки по еврейской истории"
ноябрь 2009 года


Эрвин Наги

О малоизвестной кабельной промышленности

И об одном из самых значительных её руководителей – Теодоре Максовиче Орловиче (1909-1984)

Сегодня печать и Интернет публикуют множество материалов о евреях, внёсших серьёзные вклады в искусство, науку, технику, промышленность и другие формы творчества. В упомянутых последними сферах речь обычно идёт о направлениях, касающихся изобретений и достижений в создании конечного продукта: самолётов, танков, судостроения, вооружения, аппаратуры связи и многих других аспектов.

Волею судьбы моей специальностью явилась кабельная техника, о которой крайне редко упоминают (а практически не упоминают совсем), поскольку изделия этой отрасли играют роль обслуги, и внимания к себе не привлекают. При этом, без кабельных изделий современные наука, техника, энергетика и промышленность быть эффективными просто не в состоянии.

Ассортимент кабельных изделий чрезвычайно широк: от голых проводов высоковольтных линий передачи электроэнергии до оптических кабелей и сложнейших рентгеновских соединителей, предназначенных для передачи напряжения в несколько киловольт одновременно с сигналами малой мощности. В общем, ассортимент этот содержит около трёхсот тысяч (300 000) типоразмеров. Следует также принять во внимание, что в кабельной технике используют самые разнообразные материалы (металлы, бумага, масла, резины, пластмассы, лаки, пряжа натуральная и синтетическая и другие) и технологии их переработки. И это – свидетельство тому, что рассказ о кабельной технике – отдельная, весьма объёмная тема.

Свидетельством значимости кабельной техники является хотя бы такой факт: современный самолёт насыщен несколькими сотнями километров кабельных изделий.

7 июля 2009 года исполнилось 100 лет со дня рождения одного из самых ярких личностей советской кабельной промышленности – Теодора Максовича Орловича. Вклад, внесённый им в дело развития и организации производства кабельных изделий специального назначения весьма значителен, и пусть рассказ об этом человеке дополнит нашу гордость за наших людей, трудившихся на благо общества.

7 июля 1909 года – день рождения основателя Особого Конструкторского Бюро Кабельной промышленности, сокращённо – ОКБ КП – Теодора Максовича Орловича. Соответственно, 7 июля 2009 года – его сотый день рождения.

В 2006 году ОКБ КП (ныне – Федеральное Государственное Унитарное предприятие – ФГУП ОКБ КП, г. Мытищи Московской области) исполнилось 50 лет.

ОКБ КП осуществляет разработки кабелей и проводов специального назначения: высокочастотных, высоковольтных, кабелей контроля и управления, оптических и многих других типов. В ряде случаев кабели должны нормально функционировать при экстремальных воздействиях окружающей среды (высокая или низкая температура, влажность, вакуум, и ряд других). Возникает необходимость использовать нетрадиционные для кабельной техники материалы и, соответственно, разрабатывать новые технологии и оборудование.

Рассказ о вкладе ОКБ КП в создание новых конструкций кабелей и проводов, в освоение новых материалов, в разработки технологий их производства, в конструирование и изготовление испытательного и технологического оборудования – отдельная тема, требующая серьёзной работы целого коллектива.

Здесь изложены мои личные впечатления об организаторе, создателе и первом руководителе этого предприятия.

Для меня, проработавшего в ОКБ КП, к сожалению, всего только чуть больше двадцати лет, само понятие «ОКБ КП» неразрывно связано с именем его основателя – Теодор Максович Орлович.

Первое соприкосновение с этим именем произошло в конце учёбы на втором курсе (была весна 1951 года), когда? как это было принято в Московском Энергетическом институте (МЭИ), студентов распределяли по специальностям. На нашем Электромеханическом факультете (ЭМФе) наряду с основными специальностями «Электрические машины», «Электрические аппараты», «Авиационно-автотракторное электрооборудование» были и специальности изначально отношения к механике не имевшие: «Изоляционная техника» и «Кабельная техника». ЭМФ привлекал меня профессией, так или иначе связанной с механикой. При распределении студентам предлагали указать желаемую специальность, но сделанный выбор принимали во внимание в последнюю очередь. И поскольку Кафедры указанных специальностей на факультете существовали, каждую весну на каждом курсе формировали соответствующие группы. Перспектива попасть на «изоляцию» или «кабели» многих, как и меня, мягко выражаясь, не радовала.

Несмотря на указанную мною специальность «Электрические аппараты», меня включили в группу «Кабельная техника». Многократные посещения Деканата оказались напрасными. А секретарша Деканата – Валентина Ивановна – однажды доверительно сказала:

– Зря ты, Наги, суетишься! У кабельщика гораздо больше шансов в Москве остаться, а аппаратчика в такую дыру загнать могут – света белого не увидишь...

Ну, а Зам. декана Владимир Николаевич Архипов приводил основной довод:

– Стране нужны инженеры-кабельщики!

Осознав, что борьба бессмысленна, я обратился к студентам-кабельщикам старших курсов, чтобы выяснить, что же это такое – кабельная техника. Среди них оказались и энтузиасты. Они сравнивали кабельные сети с кровеносной и нервной системами промышленности и транспорта, говорили о значении кабелей и проводов в составе производственного и исследовательского оборудования. Кое-какое представление о разнообразии кабелей и проводов я получил, но одно глубокомысленное определение понятия, что есть «кабель», данное авторитетным студентом-фронтовиком помню по сей день: «Кабель это в одной проекции – более или менее сложный орнамент, заключённый в круг, а в другой проекции – нечто бесконечно длинное». Рассказы энтузиастов и юмор приведённого определения несколько подняли моё настроение, и я пошёл изучать стенд Кафедры «Кабельная техника».

На стенде – фотографии сотрудников, оснащённых научными степенями и учёными званиями. Наверху – портреты Зав. Кафедрой профессора, доктора технических наук С.М. Брагина и профессора, доктора технических наук В.А. Привезенцева. Ниже – доценты, кандидаты технических наук, преподаватели, лаборанты... Стёртые, мало что выражающие лица. И уже собрался было отойти от стенда, да глаз зацепился за небольшой овальный портрет, расположенный в самом низу в левом углу стенда. Пышная седая шевелюра, добрые, чуть прищуренные глаза, крупный нос и резко сужающаяся к подбородку улыбающаяся физиономия. Надпись гласила: «Лауреат Сталинской премии, инженер Т.М. Орлович». «Приятный человек!», – подумал я.

Обдумывая увиденное, я поразился: то было время махрового государственного антисемитизма, и представить себе, что еврей (а внешность Т.М. Орловича не вызывала сомнений в его происхождении), хоть и лауреат, не имеющий учёных степеней и научных званий, допущен сотрудничать на кафедре высшего учебного заведения было невозможно. Но факт имел место. После летних каникул, когда начались занятия, в расписании для групп кабельной специальности старших курсов было указано: «Кабели и провода с резиновой и пластмассовой изоляцией. – Инженер Т.М. Орлович». Ещё через год, на четвёртом курсе Теодор Максович Орлович начал читать этот цикл лекций нашей группе.

Тематика – узко специализированная, помимо обзора типов конструкций и областей применения кабелей, в значительной мере посвящённая технологии их промышленного производства. Речь Орловича была отчётливой, формулировки – конкретными. Когда Теодору Максовичу приходилось касаться технических проблем, в решении которых сам принимал участие, глаза его загорались энтузиазмом, он увлекался, рассказывал о ситуации, о коллегах, воссоздавал атмосферу этих моментов. Но главное, он был энтузиастом кабельной техники и сумел показать нам как много интересных технических задач и важных научных исследований возникает в ходе развития. К тому же Орлович был исключительно доброжелателен и, безусловно, артистичен.

Производственную практику после четвёртого курса мы – студенты группы кабельщиков М-5-49 – проходили на заводах «Москабель» и «Электропровод». Именно на заводе «Электропровод» работал Т.М. Орлович. Он был в должности Главного технолога Отдела № 20 или, как его называли на заводе – ОКБ. По существу это была самостоятельная группа, выполнявшая заказы на разработки кабельных изделий специального назначения. В этом сравнительно небольшом и дружном коллективе работали высококвалифицированные специалисты: химики-технологи Елена Фёдоровна Рождова, Людмила Александровна Лазуткина, Борис Алексеевич Мурашов, техник Тоня Кваскова, связисты Нина Казарова, Любовь Николаевна Улановская, Ансельм Абрамович Талалай, конструктор Михаил Давыдович Блиндер, замечательный механик Николай Павлович Растатурин...

Орлович организовывал заказы, определял сроки их выполнения, подготавливал проекты договоров и поэтапных планов. Директор завода А.Т. Ухорский и Главный инженер Г.К. Русецкий, лишь подписывали договора и получали премии по завершении разработок.

Во время практики мы поняли, что заветной мечтой Теодора Максовича, да и всего коллектива, было создание самостоятельного предприятия.

Знакомство с этими замечательными специалистами укрепило меня в стремлении работать именно в сфере разработки конструкций и технологии изготовления проводов и кабелей с резиновой и пластмассовой изоляцией. Соответственно этому направлению я выполнял курсовые проекты.

Темой дипломного проекта были силовые и контрольные кабели с изоляцией из полиэтилена. 17 февраля 1955 года диплом был успешно защищён.

Меня распределили на завод «Электропровод», однако, надежды попасть на работу в Отдел № 20 не оправдались. Меня направили в Цех № 4 осваивать передовую технику – агрегаты непрерывной вулканизации.

В 1956 году Никита Сергеевич Хрущёв реорганизовал все системы партийно-административного и хозяйственного управлений. Руководящие органы КПСС разделили на промышленные и сельскохозяйственные, Министерства ликвидировали, заменив Совнархозами. Реформы эти сопровождались переводом многочисленных управленцев высокого ранга из Москвы на периферию. Не каждого из них радовала такая перспектива. И именно это обстоятельство помогло Орловичу убедить руководство Главного управления Кабельной промышленности Минэлектротехпрома накануне этого разгрома организовать новое предприятие – Особое Конструкторское бюро Кабельной промышленности.

Существенное значение сыграла и поддержка заказчиков, в основном, управлений и предприятий военно-промышленного комплекса. В результате затраченных усилий 26 августа 1956 года был издан приказ по Министерству Электротехнической промышленности об организации в составе Главного управления Кабельной промышленности Особого Конструкторского бюро Кабельной промышленности во главе с исполняющим обязанности Начальника ОКБ т. Орловичем Теодором Максовичем.

Первоначально ОКБ КП размещалось в помещении артели «Кооппроводник» на Земском переулке 13, что между Большой Якиманкой и набережной Москвы-реки напротив кинотеатра «Ударник». Артель же, ранее производившая бытовые провода, в полном составе вошла в структуру нового предприятия.

17 января 1957 года я был принят на работу в ОКБ Кабельной промышленности.

Мне не известны подробности жизни Теодора Максовича в детстве и отрочестве. Мы – сотрудники ОКБ знали, что Т.М. Орлович родился 9 июля 1909 года на Украине в городе Кременчуге. Был у него младший брат Леонид, которого мне довелось видеть несколько раз. Братья были очень похожи. Случайно обнаружилось, что был у него и старший брат Ефим[1].

Мне не известно, когда и как Теодор Максович перебрался в Москву, где учился, где работал. Некоторые сведения из книги Б.Е. Чертока «Ракеты и люди»[2] позволяют восстановить детали жизни Орловича с начала тридцатых годов. Черток и Орлович учились в Московском Энергетическом институте и были в дружеских отношениях. До МЭИ, по всей вероятности, Теодор Максович работал на кабельном заводе и в 1934 году поступил в институт. Вместе с ними в одной группе училась Валерия Алексеевна Голубцова[3] – в те годы – парторг, а в 1941-52 годы – Директор МЭИ.

В начале войны в 1941 году Т.М. Орловичу была оформлена броня от призыва в армию, и он, находясь на казарменном положении, отвечал за производство кабелей и проводов, необходимых для фронта и военной промышленности на заводе «Электропровод». Об одном из эпизодов той поры рассказал сам Теодор Максович.

После заключения союзного договора с Великобританией и США англичане начали поставлять в Союз радиолокационные станции, разработанные для обнаружения бомбардировщиков и ракет «Фау-2». Советское командование приказало организовать производство аналогичных радаров. С этой целью несколько станций разобрали, детали для изучения и воспроизводства передали на соответствующие предприятия.

Кабели и провода достались заводу «Электропровод». Большую часть их воспроизвели без большого труда, но вот высокочастотные коаксиальные кабели воспроизвести не удавалось. Их изоляция, выполненная из пластмассы, напоминала по внешнему виду парафин. Но только по внешнему виду. Материал был плотный, и оставался прочным до температуры около 100°C.

Теодор Максович рассказывал, что все попытки найти аналог на советских химических предприятиях – на заводах или НИИ – оказывались безуспешными. Отечественные заводы подобных материалов не производили, а научные учреждения не могли определить его состав из-за исключительной химической инертности изоляции.

Однажды Орлович, зимним утром, придя в холодную заводскую лабораторию, увидел на смесительных вальцах застывшую массу, напоминавшую изоляцию коаксиальных кабелей. На срезе сходство подтвердилось. Это была КП-масса – гомогенная механическая смесь парафина и натурального каучука, используемая в производстве. Опытные образцы с изоляцией из КП-массы были изготовлены немедленно. По прочности КП-масса уступала изоляции оригинала, да и электрические параметры опытных образцов оказались ниже требуемых. Пришлось несколько увеличить диаметр кабелей. Было ясно, что КП-масса является не лучшим заменителем изоляции образцов.

Опытные образцы радиолокационных станций были, однако, воспроизведены и в конце 1942 года Т.М. Орлович был награждён орденом Трудового Красного знамени. Тем временем поиск аналога пластмассы, использованной в английских кабелях, не прекращался. Один из разосланных на химические предприятия образцов изоляции был направлен на находящееся в эвакуации (если не ошибаюсь, – в Ташкенте) химическое предприятие, где работал химик А.И Динцес, специалист по полимерам. Он и сообщил Орловичу, что материал изоляции оригинала – продукт полимеризации газа этилена. Процесс этот был разработан лично им – Динцесом – в середине тридцатых годов. Попытка получить авторское свидетельство на открытие оказалась безрезультатной. Патентоведы признали процесс открытия полимеризации газа этилена бесперспективным в силу крайней химической инертности полученного полимера. Динцесу порекомендовали опубликовать статью в научном журнале, что он и сделал. В Союзе этот процесс развития не имел. Возможно, за рубежом, в частности в Великобритании, воспользовались результатами публикации А.И. Динцеса.

Изготовление полиэтилена в ограниченных количествах было налажено на опытных производствах химических предприятий, а производство высокочастотных коаксиальных кабелей с изоляцией из полиэтилена – в Цехе № 5 на заводе «Электропровод». За организацию этого производства Теодору Максовичу присудили Сталинскую премию ещё в ходе войны.

По окончании войны Орлович был направлен в Германию в числе специалистов для отбора технологического оборудования с кабельных заводов и доставки его в Союз. Теодор Максович с юмором рассказывал, как его вызвали в военкомат и спросили: «Какое у Вас воинское звание?». Он ответил: «Рядовой!». Военком крякнул, произнёс: «Поедете полковником!», велел оформить документы и выдать соответствующие погоны.

На заводе «Электропровод» мне ещё довелось работать с этим «трофейным» оборудованием.

Так одной из первых успешно решённых задач ОКБ КП была организация выпуска коаксиальных кабелей с изоляцией из полиэтилена. В пятидесятые годы полиэтилен выпускало опытное производство НИИ Полимерных пластмасс в Ленинграде. Рост потребности в радиочастотных кабелях способствовал передаче производства полиэтилена на серийные химические заводы. Но до того был случай, и сегодня вызывающий у меня улыбку.

В 1957-58 годах Соединённые Штаты запускали воздушные шары, рассыпавшие на нашей территорией антисоветские листовки. Шары эти сбивали, листовки уничтожали. Орлович собрал группу инженеров и поделился предположением, что эти шары изготовлены, скорее всего, из полиэтилена. Прикинув вероятные размеры шаров, их количество и толщину оболочки он счёл возможным, используя собранный материал, расширить производство радиочастотных кабелей. Теодор Максович поделился идеей обратиться в Правительство с предложением передавать сбитые шары в ОКБ.

Все мы высказали сомнения в целесообразности такого предложения, как базирующегося на абсолютно произвольных предположениях. Внимательно выслушав каждого из нас, он заключил:

– Ну, что же, склонен думать[4], что вы правы. Закроем эту тему.

Не берусь объяснить, какую цель преследовал Орлович, приглашая нас на это обсуждение. Поделиться ли пришедшей на ум фантазией, или оценить степень независимости реакций подчинённых на идею, высказанную начальством.

За время работы под руководством Орловича мне часто приходилось убеждаться в его грамотности, прекрасной технической интуиции и, что очень важно, уважительному отношению к мнению своих подчинённых независимо от их должностей.

В ряду новых изоляционных материалов, внедренных в производство кабелей и проводов по инициативе Теодора Максовича, важно отметить политетрафторэтилен, в обиходе называемый «фторопласт». Этот полимер обладает сочетанием исключительно высоких характеристик, необходимых электроизоляционному материалу[5]. Причём, характеристики эти не изменяются в широком диапазоне температур, что давало возможность изготавливать кабели и провода, пригодные для эксплуатации в диапазоне температур от минус 60°C до плюс 250°C.

Потребность в таких кабелях возникла, в частности, в авиационной промышленности, где требование компактности двигателей вело к повышению их рабочей температуры и, соответственно, рабочей температуры проводов зажигания.

В дальнейшем повышение рабочей температуры распространилось на изделия других отраслей техники, в том числе на кабели и провода.

Так ОКБ КП стало первым предприятием, наладившим промышленный выпуск нагревостойких кабелей и проводов с изоляцией из фторопласта.

При непосредственном участии Орловича было организовано производство кабелей связи с кордельной изоляцией взамен колпачковой[6], импульсных кабелей с низким волновым сопротивлением, контрольных и силовых кабелей для эксплуатации при температурах до плюс 450°C и некоторых других типов. Кабели и провода для космической техники были также разработаны в ОКБ КП под руководством Орловича.

Исключительно важное значение придавал Теодор Максович формированию коллектива. Преподавая в МЭИ более десятка лет, он имел представление о выпускниках-кабельщиках этого периода, и многие из них были приглашены на работу в ОКБ.

Орлович понимал, что здание на Земском переулке мало для намеченных им перспектив. К 1958 году было найдено подходящее помещение в городе Мытищи Московской области. Это было трёхэтажное здание школьного типа, в котором размещалась некая артель. Состояние комнат было жалким, зато прилегающий участок давал надежды на возведение дополнительных помещений. Достаточно упомянуть, что в период его руководства на прилегающей территории были возведены лабораторный и производственный корпуса, помещение физико-химической лаборатории и, на окраине города Мытищи, – Опытный завод.

Орлович уделял много сил и внимания взаимоотношениям сотрудников, и делал много для создания дружеской атмосферы в коллективе. В выходные дни бывали коллективные выезды на природу, в праздничные – концерты профессиональных актёров и самодеятельные. В некоторых принимал участие и Теодор Максович. Так он написал «Гимн ОКБ», начинавшийся словами:

Не кочегары мы, не плотники,

Но сожалений горьких нет!

Мы – ОКБ КП работники,

И из Мытищ вам шлём привет!

Орлович постоянно заботился об условиях жизни и работы сотрудников.

С начала перебазировки ОКБ в Подмосковье были налажены регулярные рейсы служебного автобуса Москва, Земский переулок 13 – Мытищи, Ядреевское шоссе 4; годом позже, когда ОКБ полностью перебазировалось в Мытищи, автобус собирал сотрудников-москвичей, начиная свой маршрут от станции метро «Октябрьская». Сотрудников, пользовавшихся электричкой, другой автобус встречал у вокзала станции «Мытищи».

Кроме основной работы Теодора Максовича всегда увлекало строительство. Судите сами: перечисленные выше помещения ОКБ и, кроме них, жилые дома в Москве и в Мытищах для сотрудников и их семей.

Его заботил также отдых коллег и их семей: корпус в доме отдыха в посёлке Ольгинка в Крыму, приведение в полный порядок пребывавшего многие годы в заброшенности комплекса пионерского лагеря «Лесной» у станции «Снегири» Рижской ж. д. Лагерь этот действовал круглый год: в праздничные дни, зимние и весенние школьные каникулы проводили время «окабевцы» со своими семьями и друзьями.

Острословы утверждали, что ОКБ КП – «Строительный трест с кабельным уклоном». Впрочем, произносили эту сентенцию с доброжелательной улыбкой и несомненным уважением к «Строителю».

В 1971 году Орлович ушёл на пенсию. На мой взгляд, он был полон энергии и замыслов и мог бы успешно руководить ОКБ ещё несколько лет. Не буду касаться причин его ухода, – не всё мне ясно.

Директор ВНИИ КП И.Б. Пешков пригласил Теодора Максовича заведовать отделом. Там он и работал до своей кончины в 1984 году незадолго до своего 75-летия. В ОКБ состоялось прощальное застолье с многими добрыми словами в память об ушедшем.

Вспоминаются празднование 60-летия, 50-летия (награждение орденом Ленина), Праздники Нового Года в «Лесном», в пансионате «Пирогово»…

И всегда первое, что встаёт перед глазами – улыбка Теодора Максовича.

7 июля 2009 года – день рождения основателя Особого Конструкторского Бюро Кабельной промышленности – ФГУП ОКБ КП – Теодора Максовича Орловича.

Ему исполняется 100 (прописью: СТО) лет!

И, хотя не довелось прожить целый век, сделал он достаточно много…

Прожил бы дольше, – сделал бы больше.

О вкладе лично Теодора Максовича в создание новых конструкций кабелей и проводов, в разработки технологий их производства, в освоение новых материалов, в конструирование и изготовление испытательного и технологического оборудования – коллективу хорошо известно. И пусть память о создателе и организаторе ОКБ Кабельной промышленности – Теодоре Максовиче Орловиче – будет укреплена на долгие годы.

Как сделать это?.. Есть несколько вариантов:

1. Присвоить предприятию имя его создателя:

Федеральное Государственное Унитарное предприятие

Особое Конструкторское Бюро Кабельной промышленности

им. Т.М. Орловича

2. Установить у главного входа мемориальную доску с именем основателя ОКБ, датой организации предприятия, датами жизни Т.М. Орловича и пояснительным текстом.

3. В приёмной дирекции укрепить портрет Т.М. Орловича с соответствующими пояснениями (см. п. 2).

4. Или все вместе, или какой-либо другой по усмотрению коллектива.

Дорогие коллеги-кабельщики! Поздравляю коллектив ОКБ КП с замечательным Юбилеем его основателя – Теодора Максовича Орловича! Желаю дальнейших успехов, –

16 июня 2009 года,

Дюссельдорф, ФРГ

Примечания



[1] При поиске дополнительного материала в Интернете я получил информацию:

Орлович Ефим Максович. Род.1907, г. Кременчуг УССР; еврей, б/п, обр. высшее, инженер-конструктор завода АТЭ-1 в Москве, проживал в Москве: ул. Таганская, д. 7, кв. 6.

Арестован 17.03.1938. Приговорен ВКВС СССР 7.05.1938 по обвинению в шпионаже. Расстрелян 7.05.1938. Реабилитирован 28.07.1956. Место захоронения: Коммунарка.

Теодор Максович о нём никогда не упоминал.

[2] Борис Евсеевич Черток, Зам. Генерального Конструктора С.П. Королёва. Ракеты и люди. Москва, Издательство «Машиностроение», 1994, стр. 252-262.

[3] В.А. Голубцова, супруга Г.М. Маленкова – второго человека в СССР после Сталина, до 1956 года занимавшего посты самого высокого уровня партийно-правительственного руководства.

Именно дружеским отношением Голубцовой можно объяснить предоставленную Орловичу возможность преподавать в МЭИ на грани сороковых и пятидесятых годов прошлого века.

[4] «Склонен думать» – любимое выражение Теодора Максовича.

[5] ε = 1,9 – 2,2;  tgδ = 0,0001 – 0,00012; ρ = 10²° ом.см.

[6] Пластмассовые колпачки нанизывали на провод вручную, что ограничивало длину изготовляемых кабелей, кордель (пластмассовую струну) спирально накладывают на обмоточных машинах.

***

А теперь несколько слов о новостях культуры, экономики и техники.
Читатели, наверняка, помнят рассказ А.П.Чехова "Дом с мезонином", с его пронзительной тоской о любви, мучительными размышлениями о смысле жизни и назначении человека. Фраза "Мисюсь, ты где?", которой заканчивается рассказ, стала крылатым выражением. Но мало кто из читателей знает о другом значении слова "мезонин". А это не только надстройка над средней частью жилого дома, часто с балконом, но и важный элемент складских помещений. Эта многоярусная металлическая стеллажная конструкция, разделенная этажами с напольными панелями, позволяет в несколько раз увеличить объем складского пространства. Поэтому задача купить полочный мезонин - актуальна для многих предпринимателей. На сайте metech.ru есть все, что нужно для получения необходимой информации. И ваш "Склад с мезонином" обретет новую жизнь.


К началу страницы К оглавлению номера




Комментарии:
Леонид Е
Сан Фран, Калифор&, США - at 2014-12-10 05:46:38 EDT
Дорогой Эрвин! Спасибо за память о Теодоре Максовиче Орловиче. Без его доброжелательного отношения ко мне я вряд ли смог бы получить рекомендации и характеристику для защиты своей диссертации. Я запомнил один случай мальчишества Теодора Максовича.
Гонки
Я жил по соседству с начальником ОТК опытного завода нашего предприятия Арленом Михайловичем Еременко. Из особого уважения к нему и его отцу- начальнику Главка и непосредственного начальника Орловича утром ему подавали к дому микроавтобус УАЗик. Заодно и меня захватывали на работу. Я обычно скромно садился на самое последнее место в конце салона микроавтобуса. УАЗИик заезжал за Михилом Михайловичем Чугуновым - начальником отдела кадров, далее за Василием Алексеевичем Павловым - начальником опытного производства и, в последнюю очередь, за Орловичем, который садился рядом с шофером.
Однажды Орлович заметил черную “Волгу”, которая выезжала с проспекта Мира около ВДНХа.
- Королев, академик Королев! Догнать и обогнать!
Но мы уже въехали на Северянинский мост. Обгон на нем запрещен.
Обогнать! - кипятился Орлович.
И тут случилось непредвиденное. Наш УАЗик заскользил по накатанному льду шоссе и, пробуксовывая, остановился. Орлович немедленно выскочил и стал подталкивать автомобиль сзади. УАЗик, наконец, рванул вперёд и наш шеф остался покинутым, растерянно размахивая руками. Я сидел у заднего окна, видел эту трагикомическую сцену и попросил дать задний ход. Незадачливый начальник понуро уселся на свое место. Наш шофер оправдывался перед Орловичем: “Я подумал, что согласно инструкции Вы покинули наш микроавтобус поскольку в случае аварии нельзя пассажиру находиться в салоне”.
Черная Волга скрылась из виду. Всем показалось, что Королев нам улыбнулся и помахал прощально рукой.
Какое же чувство овладело тогда Орловичем: секудное мальчишечье озорство, желание закрепиться в памяти влиятельного человека, что было важно в существовавшей системе поручительства или простое любопытство?
В салоне микроавтобуса разгорелись комментарии по поводу этой встречи.
- Какое умное лицо у академика!
- Он даже спит с умным видом!
- Он забатывает огромные деньги. Наши зарплаты это для него просто сдачa.
- Не завидуй: у большого корабля большие крысы в трюме.
А Вы знаете, что Сергей Королев провел несколько лет в северном Гулаге и случайно был востребован так же, как и авиа конструктор Туполев. Вы помните кинофильм: “Ошибка инженера Кочина”? В этом фильме наивный инженер Кочин передал врагам чертежи военного самолета, который он разработал. На самом деле Сталин дал указание передать немцам чертежи самолета нашей разработки. Так у немцев появился Мессершмидт. Этот фильм о таких ученых, которые попали в Гулаг затем были востребованы, работали в шарашках, а потом амнистированы доброй Советской властью.
- Да, те кто ушли в тайную полицию им мыть руки не надо. Неужели они не понимали, что наносят вред государству, сажая в Гулаг таких людей?
- У тебя ума палата, да крыша на боку. Они же выполняли приказ!

V.V.Kalvin@mail.ru
Мытищи, Россия - at 2014-12-09 20:39:07 EDT
Спасибо автору комментария
V-A (-at 2009-11-23 01:04:07 EDT)О Теодоре Максовиче Орловиче
(1909-1984)
за очень важную, нужную и добрую информацию,
дополняющую скромную сторону жизни
выдающейся личности
Теодора Максовича Орловича.

М. ТАРТАКОВСКИЙ. Вспомнилось.
- at 2013-11-07 21:33:45 EDT
Почти забылось. Я работал фильерщиком на заводе Укркабель: протяжка провода сквозь всё меньшие отверстия - фильеры. Готовый провод наматывался на барабан, но поминутно были срывы; приходилось снова и снова протягивать конец провода вручную (плоскогубцами), соединять обрыв. Это страшно изматывало. Просто валился от усталости.
Старшим у меня был фильерщик с необычной фамилией - Оснач.

Вячеслав
Мытищи, Россия - at 2013-11-07 20:21:45 EDT
Поздравляя сегодня Вас С ДНЁМ РОЖДЕНИЯ, от души благодарю
за самое содержательное повествование об основателе ОКБ КП
Орловиче Теодоре Максовиче. Низкий поклон Вам и за очень
актуальное предложение об увековечении памяти Теодора Максовича Орловича.
Завершая 55-й год ОКБ КП на Мытищинской земле, ветераны
надеятся, что власти Мытищ удовлетворят их скромную просьбу
о присвоении Теодору Максовичу Орловичу звания "Почётный
гражданин Мытищинского района"(посмертно).
P.S. Сегодня ВИКИПЕДИЯ позволяет нам пополнить информацию о родоначальнике ОКБ КП Орловиче Теодоре Максовиче.

Эрнст Левин: О малоизвестной профессии
- at 2009-11-23 19:00:32 EDT
Очень прошу уважаемых коллег простить меня за сверхгабаритный материал, но, ей-Богу, прочитавши очерк Эрвина Наги "О малоизвестной кабельной промышленности", я не смог удержаться от воспоминаний и о своей профессии, которую любил, кажется, не меньше, чем Хаим Соколин нефтеразведку, Ион Деген хирургию, а Самуил Любицкий – программирование.
Опять же, 10 дней назад предлагаемому материалу исполнилось ровно 45 лет, а мне самому ровно 75 – когда, кроме воспоминаний, ничего уж не остаётся... Так что простите... Если воспоминание сие недопустимо длинное, прошу уважаемого Редактора перенести его на любезно выделенную им страничку http://berkovich-zametki.com/Forum2/viewtopic.php?f=7&t=1032

А конкретно – его навеяли мне строчки написанного Т.М.Орловичем «Гимна ОКБ»:
"Не кочегары мы, не плотники,
Но сожалений горьких нет!
Мы – ОКБ КП работники,
И из Мытищ вам шлём привет!.."


Так вот, на мотив этой же популярной песенки ("... А мы монтажники-высотники, и с высоты вам шлём привет!") 45 лет назад я сочинил следующий опус.

МАРШ НАЛАДЧИКОВ

Мы не монтажники-высотники
И не конструкторы ракет,
Мы незаметные работники
И не годимся для газет.

О нас речистые докладчики
И не слыхали никогда,
Ведь мы – электрики-наладчики,
Мы люди тихого труда.

Но на заводе и на станции,
В бюро проектном и в НИИ
Склоняют дружно все инстанции
Пред нами головы свои!

Ведь мы любое упущение,
Любой грешок у них найдём,
И безо всякой жажды мщения
Всё до ажура доведём!

Любые схемы поддадутся нам:
Не за недельку, так за две!
В руках отвёртка с плоскогубцами,
А остальное – в голове!

Мы нажимаем кнопки первыми,
Но после долгого труда;
Порою собственными нервами
Соединяем провода!

И каждый год по многу месяцев
В разъездах мы – то там, то тут,
А наши жёны дома бесятся,
И дети нас не узнают.

А мы, подобно сельским пахарям,
В спецовке ходим круглый год
И спирт закусываем сахаром,
Пустивши сахарный завод!

Поют в машзале генераторы,
Ползут в цехах конвейерá,
Орут на митинге ораторы,
А нам отчаливать пора.

И наш фургон-лаборатория
Бежит всю ночь в обратный путь,
Но не закончена история:
Опять пошлют куда-нибудь! –

Мы всем заказчикам – подрядчики,
Для нас оседлой жизни нет,
Ведь мы электрики-наладчики
И вам с дороги шлём привет!
Ноябрь 1964


V-A
- at 2009-11-23 01:04:07 EDT
о Теодоре Максовиче Орловиче (1909-1984)

Орловичи-наши соседи по даче (Загорянка) в той,
российской, жизни. Теодора Максовича я практически не
застал, но лет 15 добрососедствовал с Ольгой Борисовной, его
вдовой. Очень светлый была человек, редкой доброты.
Соседями ведь мы были не через просеку, а через стенку.
Как директор, Теодор Максович мог сам выбрать себе
участок. Мог, если честно, взять себе и все 36 соток и
целый дом, а не полсруба. Но он тянул жребий на общих
основаниях. Это, конечно, о многом говорит.

Игрек
- at 2009-11-23 00:49:32 EDT
Спасибо за Ваш очерк и память о хорошем человеке. Вам, столько лет проработавшем в кабельной промышленности есть, наверно, что вспомнить и что рассказать. Например, как на ленинградском "Ленэмальер", до этого выпускающем зажигалки, решили выпускать гильзы для нового патрона к автомату Калашникова (гильзы тянули из меди, поэтому это было по профилю кабельного главка). И как после того как французская линия для этих гильз (а на чем еще можно было делать гильзы к Калашникову, если не на французском оборудовании?) стала намертво и из Франции вызвали представителей фирмы, а вместо них приехал сам глава, миллионер по фамилии Поляк, и что их этого вышло.
Или близе к коксиальному кабелю: о гениальном решении тянуть кабель на московском заводе, а сетчатую оплетку-экран наматывать на него на мозырском заводе, который только для этого специально и построили, а потом кабель с сеткой опять везли в Москву, чтобы положить окончательную изоляцию. Вы, наверно, много веселого можете вспомнить.

Акива
Кармиэль, Израиль - at 2009-11-17 04:14:23 EDT
Представить только каким был уровень антисемитизма в СССР, если такому талантливому человеку удалось преподовать в институте только благодаря покровительству жены Маленкова.


_Реклама_