©"Заметки по еврейской истории"
январь  2012 года

Виктор Гуревич

Лекарь с мечами и бантом, или
«Евреи в осадке»

Вместо эпиграфа

 

Из отклика Игоря Манделя (Fair Lawn, New Jersey, United States) на статью «На ледяном краю Ойкумены»:

Уважаемый Виктор Гуревич <…>. Вот она, сила искусства! Так что буду ждать других материалов  у Вас явно много чего осталось (я помню, как А. Солженицын объяснял природу возникновения "200 лет вместе": – После "Красного колеса" много евреев выпало в осадок, надо было навести порядок – ну и навел в 2-х томах...)

Из ответа автора статьи

… Интуиция Вас не подводит. Два тома – навряд ли,  но на несколько статей их (материалов) у меня действительно есть. Но немного погодя и, конечно, если не будет возражать уважаемая Редакция…

Наверно, одно из самых увлекательных занятий на свете (после амурных и других приключений, разумеется), – копание в старых, на сегодняшний день пока еще в основном бумажных, книгах, наполовину истлевших документах, в неразборчивых записях предков и собственных, подчас не очень достоверных, воспоминаниях… Наверно, тут кроется что-то наследственное или генетическое: ведь, как известно, евреи никогда не выбрасывали старые рукописи, а устраивали для них и других важных древностей специальные хранилища – генизы.

Можно считать, что мне в жизни повезло, когда посчастливилось познакомиться с двумя замечательными свойственницами: юристом Лидией Александровной Шумихиной и инженером-металловедом Анной Самойловной Терешкович, такими же архивариусами в потаенных глубинах своей души, как и я. С Лидией Александровной я был знаком давно и о ней уже писал (статья «Семь братьев и одна сестра», а с Анной Самойловной подружился, когда работал над упомянутой статьей, одним из персонажей которой был ее дед Антон Миронович Терешкович. И вот Анна Самойловна, одна из первых моих читательниц, человек, прямо скажем, преклонного возраста, достала с антресолей своей квартиры на Сиреневом  бульваре в Москве и вручила мне интереснейший, на мой взгляд, подлинный документ из двух страниц – не более и не менее, как Указ российского императора Николая Второго, монотонно, канцелярским языком повествующий о военных заслугах скромного российского обывателя, еврея-врача Терешковича… 

Анна Самойловна Терешкович, внучка Антона Мироновича.

Москва, июнь 2010 г. Фото автора.

 На всякий случай напомню читателю «Заметок», кто такой Антон Терешкович. Вот что пишет о нем его младший брат Александр Миронович (цитирую названную выше статью):

Антон – самый воспитанный, смирный, «тишайший» из 7 братьев, успешно окончил Шестую Московскую гимназию (в которой учился, между прочим, в одном классе с будущим полицейским сыщиком и провокатором Сергеем Зубатовым) и так же успешно – медицинский факультет Московского университета, где на третьем курсе получил почетный отзыв на научную работу. Однако после завершения учебы не смог устроиться в Москве и по совету знакомых уехал в Васильков Киевской губернии, работал там в больнице и имел огромную частную практику. У многих пациентов гонорар не брал, оставлял им деньги на питание и лекарства. К нему съезжались больные не только из соседних деревень, но и из небольших окрестных городков.

В 1904 г. был мобилизован на русско-японскую войну, был старшим врачом казачьего полка и даже заслужил редкую для врачей награду – Аннинский красный темляк.

После войны почти 15 лет работал в Киеве, в клинике профессора Губергрица, а затем вернулся в Москву, служил в различных медицинских учреждениях почти до 80 лет. Умер в 1949 г. в возрасте 83 лет. Похоронен на Введенском кладбище Москвы.

Правнук Антона Мироновича, журналист Игорь Фейн добавляет.

За то, что Антон Миронович вместе с сотрудниками своего лазарета отразил атаку японского отряда, он получил почетное оружие (не то саблю, не то шашку). Участвовал, уже немолодым человеком, и в Первой мировой войне, был старшим ординатором полевого госпиталя.

Женился Антон Миронович на уроженке г. Вильно (с 1939 г. – Вильнюс) Софье (Сарре) Осиповне. Довольно эмансипированная девушка, она была вовлечена в революционную деятельность, за хранение запрещенной литературы арестовывалась и полтора года просидела в «крепости» – в недоброй памяти IХ форте г. Ковно (с 1917 г. – Каунас). По жуткой иронии судьбы, именно здесь во время Второй мировой войны расстреливали еврейское население.

Далее И. Фейн там же рассказывает о детях Антона Мироновича – сыне Самуиле и дочерях Евгении и Александре А в беседе с автором настоящей статьи рисует душещипательную картину. Представьте себе: лежит спокойно на диване, никого не трогает и мирно отдыхает маленький человек по имени Игорь, одного года или чуть меньше отроду. И вот глубокоуважаемого 82-летнего Антона Мироновича, пришедшего в гости, каким-то чудом, в последний момент, родные удерживают на весу, когда он (нечаянно, разумеется), пытается сесть прямо на Игоря… Игорь говорит, что все это хорошо помнит (и можно ему поверить, почему бы нет: ведь утверждал же, например, Лев Толстой, что помнит, как его крестили?). При этом никакой обиды на прадеда-героя Игорь не держал и не держит…

Подробности биографии тишайшего человека, которого жители г. Василькова и его окрестностей называли Мировым доктором, любезно уточняет в своем Указе не кто иной, как самодержец всероссийский Николай Второй. Документ, публикуемый ниже с разрешения Анны Самойловны Терешкович, особых пояснений не требует. Бумага выцвела, но текст полностью сохранился. Стиль и орфография документа, ждавшего современного читателя более 100 лет, (например, заглавные буквы в названиях месяцев, архаизмы типа «подпис» и т. п.) сохранены в максимально возможной степени, почти без нарушений нынешних законов правописания.

Предъявитель сего, лекарь Аншель сын Меера Т Е Р Е Ш К О В И Ч имеет ордена: Св. Анны 4-й степени, Св. Станислава 3-й степени с мечами, Св. Анны 3-й степени с мечами и бантом и Св. Станислава 2-й степени с мечами. Родился 3-го Ноября 1867 года. Из мещан евреев. Вероисповедования иудейского. Окончил курс медицинских наук в ИМПЕРАТОРСКОМ Московском Университете. По окончании курса медицинских наук в ИМПЕРАТОРСКОМ Московском Университете, медицинской испытательной комиссией утвержден в степени лекаря 30 Октября 1891 года. Московским Городским по воинской повинности Присутствием на основании п. 1-го ст. 63-1 Устава о воинской повинности, как имеющий степень лекаря, зачислен в запас армии 24-го Апреля 1892 года. ВЫСОЧАЙШИМ приказом зачислен в запас чиновников военно-медицинского ведомства 21-го Июня 1892 года. Согласно приказа по военному Ведомству 1892 года за № № 109 и 221, был призван в учебный сбор для усиления медицинского персонала во время холерной эпидемии и находился в прикомандировании к 127-му пехотному Путивльскому полку с 21-го Августа по 24-е Сентября 1892 года, и к 128-му пехотному Старооскольскому полку с 24-го Сентября по 2-е Октября 1892 года. По ВЫСОЧАЙШЕМУ повелению призван на службу для назначения во 2-й казачий Нерчинский полк 29-го Января 1904 года. Прибыл и зачислен в списки полка 22-го февраля 1904 года. Награжден орденом Св. Анны 4-й степени 15 Августа 1904 года. За отличия в боях с 28-го Августа по 5-е Октября 1904 года награжден орденом Св. Станислава 3-й степени с мечами 1-го Декабря 1904 года. За отличия с 8-го по 28-е Февраля 1905 года награжден орденом Св. Анны 3-й степени с мечами и бантом 2-го Мая 1905 года. Приказом по войскам 1-й Маньчжурской армии за № 866 за отличия оказанные разновременно в боях против Японцев, награжден орденом Св. Станислава 2-й степени с мечами 27-го Октября 1905 года. Согласно распоряжения Полевого военно-медицинского Инспектора 1-й армии отчислен от полка и командирован в распоряжение Инспектора Тыла в городе Харбине 3-го Декабря 1905 года. Зачислен в запас армии 6-го Января 1906 года. ВЫСОЧАЙШИМ приказом 12-го Сентября 1910 года уволен в отставку с зачислением в медицинское ополчение по Киевской губернии. В гражданской службе и по выборам дворянства не служил. ВЫСОЧАЙШИХ рескриптов не получал. В отпусках не был. В походах и делах был против Японии в 1904 и 1905 г.г. Женат на девице Саре Иосифовне Шмуельзон. Имеет детей: сына Самуила, родившегося 1-го Февраля 1892 года и дочерей: Евгению, родившуюся 12-го Января 1893 года и Александру, родившуюся 8-го Мая 1900 года. Жена и дети вероисповедования Иудейского. Недвижимого имущества за ним, за родителями его и за женою не значится. Взысканиям соединенным с ограничением по службе не подвергался. В службе лекаря Т Е Р Е Ш К О В И Ч А не было обстоятельств лишающих его права на знак отличия беспорочной службы, или отдаляющих срок выслуги к этому знаку. В чем подписом с приложением казенной печати удостоверяю. Октября 19 дня 1910 Киев.-

В этом указе подчисток и поправок нет.

Обязан службою в ополчении медицинских чинов по 3-е Ноября.

Нет, все-таки один маленький комментарий (вернее, акцент) нужен. Еврей служит в царской армии и отличается в боях (вместе с фельдшерами и санитарами своего лазарета отразил атаку японского отряда), не где-нибудь, а… в составе казачьего полка… Вот такой «осадок» (если следовать терминологии Солженицына), не совсем стандартная ситуация...

Антон Миронович Терешкович.

Открытка с его собственноручной надписью на обороте:

«Козувка близ Козовы. Галиция 1916 6 сентябрь.

Стар. ордин. 2 полев. подв. госпит. 113 п. див. Антон Миронович Терешкович»

Как свидетельствует эта фотография, сохранившаяся у Анны Самойловны, русско-японская война для доктора Терешковича не была последней…


К началу страницы К оглавлению номера

Всего понравилось:0
Всего посещений: 1321




Convert this page - http://berkovich-zametki.com/2012/Zametki/Nomer1/Gurevich1.php - to PDF file

Комментарии:

Виктор Гуревич
- at 2017-04-02 16:12:15 EDT
Уважаемый Владимир (не знаю Вашего отчества, поэтому обращаюсь по имени), спасибо за внимание к моей статье 2012 года и за интересную информацию о штабе Брусилова.
Посылаю Вам то, что у меня есть: аверс и реверс фотопортрета героя-лекаря Антона Мироновича Терешковича. Его внучки, Анны Самойловны, к сожалению, уже нет среди нас. Желаю успеха в Ваших задумках,
В.Г.

Владимир
Козова, Украина - at 2017-04-02 14:12:25 EDT
Добрый вечер, Виктор Элизарович !Меня зовут Владимир, учитель, уроженец села Козивка ( Козувка - польский вариат). С большим интересом прочитал Вашу статью "Лекарь с мечами и бантом, или "Евреи в осадке" еще в прошлом году. Дело в том, что в 1916 - 17 годах в моем родном селе находилось высшее командование царской армии. В частности, летом 1917 года, во время наступления Керенского, в Козивке находился штаб Брусилова. Возможно руководство армии находилось в селе и в 1916. Я считаю, что штаб находился в доме священика, а по соседству проживал двоюродный брат моего деда. У него тоже квартировали военные. Возможно, у него, или где - нибудь по соседству и находилась санчасть, в которой служил Антон Терешкович.

Уважаемый Виктор Элизарович, не могли б Вы прислать мне хороший скан фотографии этого симпатичного человека и героя, Антона Терешковича ? Я пробовал сделать открытку для выставки из фото из статьи, но качество не позволяет достичь хорошего результата. Поэтому прошу не отказать. Если фото в Москве, попросите, пожалуйста, своих родственников, надеюсь, они не откажут. И, пожалуйста, сканы с двух сторон фото. Я б опубликовал его в местой газете, продемонстрировал бы на выставке в школах. С уважением, Владимир.

Татьяна
Россия, - at 2012-01-25 18:56:06 EDT
Чудный, краткий, вместе с тем ёмкий, яркий, завершенный очерк! И, как всегда у Вас, преисполненный симпатией к герою, которой невольно Вы одариваете и читателя.
Спасибо!

Акива
Кармиэль, Израиль - at 2012-01-24 19:58:37 EDT
Хороший рассказ